– Это хорошо что кроме тебя в нашем захолустье больше не водятся маги, – с новым усиленным взглядом он надавил на дочь. Селене совсем не хотелось слушать продолжение его морали о том, как надо прятать свой дар при этом всегда быть осторожной. Спешно выйдя из-за стола и поцеловав родителей, она схватила корзину с приготовленным пирогом, прошмыгнула за дверь. Лишь слова матери что звучали ей в след заставили ее остановиться на пороге.
– Не задерживайся Селена, и не держи зла на отца, он лишь заботится о тебе.
Не говоря в ответ ни слова, она лишь закрыла дверь и отправилась в соседний дом. Руди и Берти встретили ее с не прекращающейся детской радостью, громко гогоча и при этом крепко сжимая в объятьях.
– Маргарет, я принесла вам пирог, сегодня он на удивление вкуснее всех предыдущих, – девушка протянула корзину измученной и чуть понурой женщине средних лет.
– Твоя мама на удивление всегда печет самую лучшую стряпню в округе, – она потянулась за лукошком и разломив на кусочки его содержимое подала прыгающим детям. Они вцепились в еду как оголодавшие зверьки и почти не прожёвывая проглатывали лакомство. Маргарет вымученно улыбнулась и присев на стул облокотилась спиной о стену. Почуяв встревоженность и беспокойство худощавой женщины, Селена подошла ближе и присев на корточки посмотрела на нее с низу вверх.
– Я могу вам чем-то помочь Маргарет?
– Сегодня мне снова ничего не заплатили. С каждым днем работы становится лишь больше, а медиков за нее меньше. Дети не виноваты в гибели своего отца, почему они должны расплачиваться за это? – она зарыла лицо в свои руки и всхлипнула. Девушка не могла ей ничем помочь, даже поддержать, слова утешения так и не шли в голову. Хорошо понимала, что мама Руди и Берти еще тоскует о муже и постоянно винит себя в его смерти. Жизнь его оборвала война, которая длится более десяти лет. Из-за ее продолжительности погибло уже много ни в чем не повинных людей. Экономика столицы Алеппо страдала еще больше и сказывалась даже на самые удаленные ее окраины. Фермы закрывались, многие теряли работу и оставались в полной нищете. Горожане голодали, начиналась разруха и паника, в сердца каждого проникала боль отчаяния и горечь от потерь. Война изматывала, забирая последнее и уничтожая надежду на скорейшее ее завершение. Селена хорошо знала о чем сейчас скорбит вдова, она лишь молча встала и попрощавшись с Руди и веселой Берти отправилась обратно.
Дорога домой была ей знакома, она могла пройти ее с закрытыми глазами и быть уверенной в своей полной безопасности. Но в этот вечер Селена не много насторожилась, почуяв не ладное, когда всмотрелась в накатанную и до боли знакомую ей тропу. Уже чуть стемнело, но разглядеть тихо идущую лошадь на встречу ей было еще можно. Наездник уже согнулся пополам и почти клевал носом при каждом ее движение. Еще один шаг скакуна и путник рухнул с седла прямо под копыта. Девушка инстинктивно кинулась в его сторону и склонившись над ним посмотрела на его лицо. Оно было все в крови, совсем опухшее и в подтеках. Мужчина еще дышал и открыл свой не поврежденный глаз тоже разглядывал Селену.
– Держитесь, я сейчас позову лекарей, – начала трясти руками она и уже хотела встать как неожиданно незнакомец схватил ее за подол платья. Совсем не разборчиво и тихо прошептал:
– Они уже не помогут, – он медленно отодвинул одежду тем самым оголяя свою грудь. На ней была открытая и кровоточащая рана от самой шеи и почти до пупа. Умирающий продолжил что-то доставать, постоянно кряхтя и постанывая. Видно, что каждое его движение доставалось ему с большим трудом и причиняла тому не выносимую боль. Когда он закончил копошиться в своем кармане брюк его рука сжимала увесистый мешочек с медиками: – помоги, я знаю, ты можешь. У меня есть дети, хочу вернуться к ним. Заплачу еще, сколько пожелаешь.
Мужчина протянул трясущуюся ладонь в сторону ошарашенной девушке что смотрела на него как заговоренная, не издавая и звука. Хорошо помнила наставления отца, но при этом видела перед своими глазами плачущую Маргарет со сломанной судьбой. Селена помотала головой, как бы разгоняя не нужные мысли подальше от себя.
– Я совершенно не знаю вас, мне нельзя, простите, не смогу помочь, – она вернула в прежнее положение накидку на груди у незнакомца и отвела виноватый взгляд.
– Понимаю, – его рука рухнула под тяжестью монет в мешочке, и он закрыл свой глаз от усталости, замолчал. Девушка услышала гром и мгновенно небо озарила вспышка яркого не продолжительного света. Заморосил мелкий дождь прямо на одежду и кожу путника еще больше размывая кровь. Она не могла решиться и сделать правильный выбор, оставляя в беде беспомощного человека, тем самым сама обрекала его на смерть.
