Он нацарапал ее имя вверху страницы и продолжил рисовать. Внезапно крылья фейри затрепетали, да так быстро, что казались похожи на фиолетовое облачко. Мазки Джашера стали молниеносными. И минуты не прошло, как крошка вспорхнула между нами туманным пятнышком и, взмыв к куполу, исчезла в небе.
А Джашер все продолжал писать, расставляя цветовые акценты в рисунке. Я наблюдала за процессом из-за его плеча, пока он не закончил.
– Ты потрясающий. И это было правда потрясающе. В смысле, все вообще было просто… потрясающе!
Джашер одарил меня загадочным взглядом:
– Да, у меня до сих пор мурашки по коже.
– Можно посмотреть другие твои рисунки?
Он протянул мне свой раскрытый этюдник.
Я положила его на колени и перевернула лист на предыдущую страницу: там был фейри с безумной копной зеленых волос, торчавших во все стороны, и черными глазами, как у Раши, только поменьше.
– Похоже, этот появился в июне, как раз перед моим приездом.
– Ага.
Мне вдруг стало интересно, планировал ли Джашер остаться в Сараборне до конца жизни, посвятив себя ландшафтному дизайну и рисованию фейри? Хотел ли он завести семью? Детей? Так и подмывало его об этом спросить, но не хватало духу.
По мере того как я листала альбом, мое уважение к таланту Джашера росло. Страница за страницей передо мной открывались великолепно прорисованные и неповторимые образы фейри всех цветов, форм и размеров. Найди я этот альбом и не знай, кто его владелец, я бы предположила, что он принадлежит зрелой художнице. Изящные силуэты фейри и калейдоскоп цветов казались творением исключительно женских прикосновений. Если бы я не видела, как Джашер рисует прямо у меня на глазах, я бы ни за что не поверила, что это его работы.
Кем был этот человек? Суровый любитель жизни на природе, мастер на все руки с мозолистыми ладонями. Плотник и ландшафтный дизайнер в рабочих сапогах и рукавицах. Он мог видеть духов – с чем я прежде никогда не сталкивалась, – но также обладал замечательными талантами и в музыке, и в живописи.
Во всех рисунках светилась пронзительная любовь к этим маленьким существам, обнажавшая его чуткое сердце. Тогда, рядом со мной, Джашер был до невозможности уязвим. Мы оба молчали, пока я переворачивала листы. И в какой-то момент с ужасом обнаружила, что на глазах у меня выступили слезы, грозящие вот-вот сорваться с ресниц.
– Джорджейна? – тихо позвал меня Джашер.
Я сглотнула. Продолжи я рассматривать рисунки, это выглядело бы глупо, поэтому я закрыла альбом, так и не досмотрев его до конца.
– Они чудесны, – наконец, произнесла я и закашлялась, протягивая Джашеру этюдник. – Я могу лишь мечтать о таком таланте, как у тебя.
Мы взглянули друг другу в глаза. Щеки у меня запылали, но глаз я не отвела. Выражение его лица было неопределенным, а взгляд непоколебимым. В итоге я слишком резко встала, отвернулась, чтобы прийти в себя, и спросила первое, что пришло мне в голову:
– Как ты думаешь, почему коконов становится меньше?
Джашер пожал плечами:
– Логично, что причиной тому развитие промышленности и новых технологий, из-за которых, я думаю, фейри труднее пройти фазу куколки. Они просто такие хрупкие, пока маленькие.
Но прогресс не остановить. В какой момент наш мир стал настолько опасным, что фейри не могут пройти стадию куколки? Что же будет дальше со всей природой?
Эйфория, что я испытала, наблюдая за тем, как рождается Раша, испарилась. В мире же так много защитников окружающей среды, борющихся против роста промышленности, разве нет? Я оцепенела от осознания страшной беды. Меня как будто силой вытолкнули в суровую реальность.
Природа перестала быть для меня просто внешней стихией, которой я могла восхищаться время от времени, если приходило настроение. Теперь она обрела лицо, форму и сердце, что билось у ее народа. Да-да, у природы был тайный народ, о котором никому почти ничего не было известно, но именно благодаря ему выживали мы, люди. И этот народ медленно погружался в воронку депопуляции.
На следующий день, когда я в одиночестве обедала в беседке, на телефон пришло сообщение.
Тарга: «Как поживаете с троллем?»
Я: «Слава богу, помирились. И я больше не считаю его сумасшедшим».
Тарга: «Нет? Ты все-таки спросила его об этом?»
Мои пальцы в раздумьях зависли над клавиатурой. Что мне ответить? Я напечатала: «Он может видеть мертвых». Но не нажала «отправить». А еще через пару секунд стерла сообщение и набрала новое: «Это было просто недоразумение».
Подруге потребовалась секунда, чтобы ответить.
Тарга: «Слишком уклончиво. Тебе повезло, что я сейчас убегаю на встречу с командой пляжных спасателей, иначе я бы от тебя не отстала. Мне нужны детали».
Я: «Говоришь, как человек с большим опытом».
Тарга: «Не уходи от темы. Позже мне все расскажешь».
Я: «Да, мамуль».
Покинув беседку, я была на полпути к дому, когда на подъездную дорожку выехал рабочий грузовичок Джашера. Заскрипели тормоза, раскидывая гравий. Двигатель затих, и в следующую секунду кузен вышел из машины.
– Все в порядке? – крикнула я через лужайку.
