– Помнишь, о чем мы говорили, когда поехали из дома? – спросил Адам, не отводя от меня взгляда, всматриваясь мне в душу. Все его тело, как натянутая струна, было готово к прыжку.
Осознание, скользнувшая по моему лицу улыбка, жар начал подниматься по телу. Я не успела вымолвить и слова. Мои глаза, путешествующие по губам Адама, все сказали за меня.
Он в секунду обогнул остров и отчаянно впился своими губами в мои. Адам весь горел. Его горячая кожа касалась моей и обжигала. Его полыхающие губы настойчиво раскрывали мои, требовательный язык пробегался по нижней губе. Руки сжимали меня так, что я не чувствовала собственного тела.
– Я хочу сорвать с тебя это платье, – прошептал он, едва оторвавшись от моих губ. И, не дав мне ответить, подхватил на руки.
В мгновение я оказалась обездвиженной в его объятиях, оторванной от пола, чувствуя, как одна горячая ладонь Адама касается моего бедра, другая – насквозь прожигает тонкую ткань платья под ребрами. Он подхватил меня как пушинку, холл пронесся перед глазами, и я не успела и сориентироваться, как оказалась в спальне.
Одним движение руки Адам развернул меня к себе спиной, склонился к моей шее и припал губами к горящей от возбуждения коже. Я чувствовала, как его мягкие губы путешествуют по моей шее, от крохотных завитков на границе волос до выпирающей тонкой ключицы, покрывая поцелуями молочную кожу, оставляя ожоги, такими горячими они казались мне.
Пальцами Адам захватил мои волосы и аккуратно, насколько это возможно, переложил всю копну через плечо, обнажая спину. Я чувствовала, как руки его дрожат, как дыхание его сбивчиво и глубоко. Он пробежался пальцами по оголенной коже, наткнулся на тонкую молнию платья, которую застегивал сам несколько часов назад, и взялся за бегунок. Медленно Адам потянул его вниз дрожащей рукой, с таким трепетом, будто высвобождает из обертки хрустальную вазу, не торопясь, растягивая наше удовольствие.
Платье упало на пол. Я осталась в одном белье, таком же черном, с нежным узором из кружев. Легкий ветерок, пробравшийся в приоткрытое окно спальни, коснулся моей кожи, и я почувствовала, как по телу бегут мурашки. Но тут горячие руки Адама обхватили мое тело, и распространяющийся внутри жар молниеносно меня согрел.
Одна его рука обхватила мою шею, другая – легла на живот. Он прижал мое тело к своему, крепко, но аккуратно – иногда мне казалось, что Адам изо всех сил сдерживает себя, осознавая свою силу и боясь мне навредить. И как бы мне ни хотелось, чтобы он полностью отпустил себя хоть на минуту, я прекрасно понимала, какого тогда придется мне.
Он вновь прильнул губами к моей шее, теперь настойчивее, чуть агрессивнее, и я почувствовала зубы Адама на своей коже. Теперь уже задрожала я. Все внутри горело и ждало его. Дыхание мое сбилось, и слабый стон сорвался с губ. Это сделала его руки сильнее. Я услышала, как щелкнула застежка моего лифа, и через секунду кружево упало на атласную ткань платья.
Его рука поглаживала мой живот, путешествовала по телу, изучая изгибы, впадины, холмы, и вдруг скользнула вниз. Я изогнулась, все мое тело напряглось от его единственного касания, но Адам держал крепко. И как бы я ни извивалась в сладостном наслаждении распространяющегося по телу жара, он не ослаблял хватки.
Адам настойчиво подтолкнул меня к постели. Я сделала шаг вперед. И, не отрывая моего тела от своего, будто не желая и на секунду создавать между нами дистанцию, он положил меня на кровать. Длинные ворс пледа защекотал мою кожу. Я оказалась на животе, прикованная к постели весом его тела, ощущая, какой Адам на самом деле большой и тяжелый. И тогда единственный кусочек ткани, прикрывавший мою наготу, оказался на полу.
Всего на секунду Адам оторвался от меня, а когда прижался вновь, его горячая кожа, теперь нескрываемая свободной рубашкой и брюками, обожгла меня. Я чувствовала его мышцы, как они наливаются энергией, пытаясь удержать себя в рамках, и желала хоть раз ощутить их сполна. Рукой Адам провел по моей изгибающейся спине, добрался до шеи и сжал ее, сильнее, чем прежде, губами припал к виску, вдыхая аромат моих волос. И мягкий ворс пледа оказался между моими пальцами, когда мы с Адамом стали, наконец, одним целым.
21
С тех пор, как мы с Адамом съездили в супермаркет, прошла пара недель. Казалось бы, это так мало, но мое восприятие этого места сильно переменилось. Теперь лишь наш дом и небольшой, окружающий его район стали для меня оплотом безопасности и комфорта. И если раньше я думала, что буду для разнообразия выбираться в городок посидеть в кафе и сходить в книжный, то на деле стала редко выбираться лишь за продуктами, а если сделать это удавалось вместе с Адамом, то с облегчением выдыхала.
