И Данилов начал носиться вокруг дирижабля, проверяя только одному ему ведомые механизмы, прицокивая языком, удовлетворенно взмахивая руками и что-то приговаривая.
Немов тоже находился под впечатлением.
– Выходит, не обманули документы и Вильдер. Хотя, признаться, сомнения все же оставались. Теперь лишь бы он в рабочем состоянии был, а то обидно, если такой путь проделали, такие жертвы на алтарь положили, а все без толку.
Наблюдая, как копошится Данилов, Миша спросил Немова:
– А кто поведет дирижабль?
– Иван. Он у нас спец в этом. Летные курсы в свое время окончил, и по работе приходилось ему двигатели дирижаблей обслуживать, знает он о них все. Таких специалистов у нас в метро сейчас мало осталось.
– Как думаете, полетит?
– Сейчас смотрю и верю, что все у нас получится. Не зря все это судьба затеяла. Ну, во всяком случае, очень хочется верить, должна же быть надежда. Кстати, надо бы ему имя дать. Почему бы «Надеждой» и не назвать, а? Хорошее название. Вынесу на обсуждение.
– Хорошее, – согласился Миша. – Правильное.
Подошел довольный Данилов.
– Двигатели в порядке, с корпусом и оболочкой тоже видимых проблем нет, но это позже проверим.
– Не опасно, когда столько газа внутри?
– Раньше, Миша, в дирижаблях использовали водород. Это и было одной из причин крушения дирижаблей – они часто воспламенялись или взрывались. В тридцатые годы прошлого века случилась самая знаменитая катастрофа дирижабля под названием «Гинденбург». После того случая к этим летательным аппаратам стали относиться с опаской. Потом стали использовать гелий – он не горюч, не поддерживает горения и инертен, то есть не взаимодействует с другими веществами.
– А где мы возьмем гелий?
Вместо ответа Данилов показал в угол ангара – там были сложены железные баллоны с гелием.
– Военные и гражданские двадцать лет назад обо всем позаботились, нам лишь надо наполнить гелием наш дирижабль. Но это не сложно, здесь все для этого есть. Правда, понадобится помощь ваших, одному мне это дело не провернуть.
– Я тоже буду помогать, – уверенно заявил Миша.
– Я на это и рассчитывал, – улыбнулся Данилов и потрепал парня по голове.
И добавил:
– Сейчас там гелия нет. Из дирижабля постоянно происходит утечка газа, за сутки в очень малых количествах, но за двадцать лет гелий вытек полностью. При маневрировании в полете утечка немного больше. Но баллонов с газом, которые здесь есть, нам хватило бы надолго, так что можно не волноваться. Ну, будет у нас время, я тебе еще расскажу поподробнее о дирижаблях, Миша.
Данилов повернулся к Немову.
– Давайте поищем вход в подземные коммуникации, – кивнул Олег. – Судя по схеме, должен быть где-то здесь.
Они разбрелись по ангару, внимательно осматривая пол. Миша искал и параллельно вспоминал, как он крутил колеса велосипеда на ферме станции и мечтал о путешествиях. Возьмут ли его с собой сталкеры, или повторится история с экспедицией в бункер, когда он всеми правдами и неправдами ухитрился оказаться в их группе?
Люк Миша нашел в углу ангара, расчищая ногой поверхность от мусора.
– Кажется, здесь, – крикнул он товарищам, указывая себе под ноги.
Под люком обнаружился туннель, ведущий прямиком вниз. К стене была приделана на креплениях металлическая лестница, с первого взгляда не вызывавшая опасений. Немов подергал – вроде прочная. Каменный колодец терялся во мраке, луч фонаря не доставал до дна туннеля.
– Глубокий, – высказал вслух общую мысль Миша.
Немов задумчиво взглянул на карту.
– Если все верно, он нас выведет в горизонтальный подземный ход. Ну что, никто не передумал?
Если сомнения и были, вслух о них никто не сказал.
– Тогда вперед, – и Олег первый нырнул в черноту.
Руки скользили по железным перекладинам лестницы. Миша боялся рухнуть на головы товарищей, спускающихся ниже. Луч фонаря, закрепленный на поясе командира, метался по стенам, выхватывая кирпичную кладку вокруг. Казалось, этот колодец никогда не кончится. Мышцы уже начали деревенеть.
– Здесь пол, – очень кстати раздался снизу голос Немова.
Через минуту и Миша уже стоял, разминая напряженные ноги и руки.
Коридор был довольно широким и вел вдаль, насколько хватало глаз и света. Стены вокруг были из потрескавшегося кирпича – значит, туннель перед ними искусственного, рукотворного происхождения. Древние катакомбы. Миша смутно помнил, что Вильдер рассказывал какие-то легенды про старинные подземные ходы под Царицыно. Неужели это они?
Они медленно пошли вперед, готовые к любым неожиданностям. Вдоль коридора иногда попадались замурованные арки; что там за ними и почему их зацементировали в свое время, оставалось только гадать. Ход вел прямо, никуда не сворачивая. По полу из окаменевшей глины или земли идти было комфортно.
