Значит, придется торговаться… Полемистом же адмирал был слабым. Это когда враг напуган и не знает границ ваших возможностей, его можно гнуть через колено. Жми да жми… Сейчас же как никогда был велик шанс, что жать будет не Александров, а его противник. Впрочем, если перегнет палку, то его тоже можно будет… заменить. В конце концов, пускай глава государства де-факто и связан тысячей нитей и обязательств, но де-юре он вполне способен отправить любого на рудники одним лишь устным приказом.
Визитер был весьма импозантным, поневоле вызывающим у людей симпатию дедулей, похожим на Деда Мороза. Во всяком случае, борода и доброжелательная улыбка соответствовали. Но проблема была в том, что Александров ко «всем» не относился, и его восприятие по странному выверту сознания отличалось от подавляющего большинства соотечественников. Не во всем, конечно, но конкретно сейчас – весьма и весьма. Во всяком случае, более всего визитер напоминал ему Бармалея со старых, еще, наверное, прижизненных для автора книги иллюстраций.
Откровенно говоря, и по характеру, как гласило собранное специально для Александрова досье, он был куда ближе к пирату и людоеду, чем к доброму волшебнику из детских сказок. Будь там написано иначе, адмирал вначале удивился бы, а потом посчитал подлогом. В том мире, откуда явился этот человек, в профессии, которую он для себя избрал, добрые есть, но высот они не достигают, ибо страсти вкупе с интригами бурлят, как в змеином гнезде. Так что к вершине всплывает лишь одна акула, и вариантов при этом у нее немного – или кверху брюхом, или сожрав всех конкурентов. Если верить досье, конкретно этот индивидуум конкурентов ухомячил с особым цинизмом и даже не поморщился.
Откровенно говоря, перед такой встречей стоило, наверное, посоветоваться с психологами, политтехнологами, еще кем-то… Александров ни с кем советоваться не хотел принципиально. Если уж приходится лезть в дерьмо и хлебать ее полной ложкой, то пускай никто не стоит рядом, подавая реплики опытного теоретика-дегустатора. В конце концов, он, император, может, и не имеет столь длительного и богатого опыта подковерных игр, но возможностей тоже хватает. И вряд ли гостю приходилось стоять на мостике под вражеским обстрелом, а для Александрова это обыденность… Словом, накрутил он себя знатно и к началу разговора был спокоен и зол. Как показало дальнейшее, даже излишне.
Впрочем, патриарх всея Урала, глава православной церкви планеты Олексий тоже повел себя не слишком грамотно. Скорее, наоборот. Упорное нежелание Александрова встречаться с ним он принял за слабость, а поспешно назначенную аудиенцию – за попытку сохранить лицо при капитуляции. Похоже, он, собирая досье на императора (не мог он этого не сделать), с выводами поторопился. А зря.
Вежливости Александрова хватило для того, чтобы приветствовать гостя стоя, но на то, чтобы сделать ему навстречу хотя бы пару-тройку шагов, ее уже решительно недоставало. И тем более он опешил от вида руки патриарха у себя под носом.
– Эт-то что такое? – негромко спросил он, и любому хоть сколько-то разбирающемуся в дикции человеку не составило бы труда услышать в его голосе угрозу и медленно закипающую ярость. Патриарх, видимо, тоже сообразил, что пихать императору руку для поцелуя занятие не самое умное, но поделать он уже ничего не мог. Настрой беседы с этой секунды мог быть лишь негативным, и никак иначе.
– Олексий… Или лучше вас называть Николаем Павловичем? Стул – вон там. Чай, если хотите, наливайте сами, я прислугу не держу.
– Благодарю вас, – Патриарх уселся поудобнее, явно рассчитывая, что еще сможет перехватить инициативу в разговоре. Дурак, отстраненно подумал Александров, но мысль тут же скакнула в сторону. Интересно, как они ходят в этих рясах? Наверное, им даже сложнее, чем женщинам – те в платье с детства ходить учатся. Дебильная все же одежда, в детстве император пару раз видел крестный ход, и ощущения у него остались, будто по улицам пронеслось черное воинство.
– Итак, вы испрашивали аудиенции? Что вы хотели у меня попросить? Сразу предупреждаю, занятие это бесполезное, я жадный, однако послушать вас будет интересно.
– Гм… – очевидно, начало разговора сбило патриарха с толку и уж точно поломало какие-то домашние заготовки. Александров, почувствовав это, улыбнулся во весь рот.
– Ну же, смелее. А то мы сейчас начнем тратить на молчание самое дорогое, что есть у человека – время. Давайте, давайте, просите больше, не разочаровывайте меня. Но для начала… Кого вы здесь представляете?
Вопрос Олексий понял правильно. И отреагировал вполне ожидаемо. Воздел палец и наставительно произнес:
– Господа нашего…
– Так, стоп, – Александров прервал его фразу на самом взлете. – Вон там, в углу, на полке, стакан. Поднимите его. Сидеть! Взглядом поднимите.
– Что…
