Брежнев помрачнел, он посчитал сложившуюся острую ситуацию в Закавказье собственным провалом. Генсек уже давно не доверял подчиненным всецело и частенько сам лично участвовал во внезапных проверках или использовал для этого другие каналы. Не самая огромная финансовая помощь колхозам и совхозам, изменение отношения к личным приусадебным подворьям, дополнительная нарезка земли многочисленным садоводческим хозяйствам, продажа семян, удобрений, инвентаря уже здорово сказались на ассортименте продмагов и многочисленных колхозных рынков.
Но это все-таки были некоторые временные и зачастую чисто административные меры. Откат даже в таком простом деле начался уже к осени. «Что-то следовало менять в консерватории!» В системе торговли точно. ОБХСС и прокуратура просто не справлялись с масштабами спекуляций и хищений. Такое впечатление, что туда шли люди определенного склада характера. Ну что ж. Будем подходить к делу более основательно и мудро. Скоротечные решения частично все-таки разрядили проблему, создав некоторый временной лаг, вдобавок поселили в сердцах людей надежду на лучшее. Уже неплохо! Накормить страну требуется в первую очередь! Это позорище, пронесенное чуть ли не на пятьдесят лет вперед. Нужна в сельском хозяйстве самая настоящая революция.
Задача партии – её подготовить. По советам экономистов, изучивших зарубежный и собственный опыт из будущего, упор все-таки делался на большие и крепкие экономически хозяйства – Агропромышленные холдинги, а не на отдельных частников-фермеров и личные подворья колхозников. Черт возьми, опять «Холдинг», как он не любит эти иностранные названия!
«Надо будет что-то с этим делать», – подумал Леонид Ильич. – «Обратиться, что ли к Академии Наук повлиять на филологов. Как же все-таки люди из будущего пропитаны англицизмами!»
Что, кстати, нам обещают в этой сфере ученые? Благодаря полученным послезнаниям, в течении нескольких лет будут созданы новые сорта, внедрены более современные технологии. Жизнь на селе начнет резко улучшаться. Лет за десять ни должны поменять быт деревни, привести его в соответствие к современным реалиям.
«Ну да», – угрюмо ухмыльнулся Леонид Ильич, вспомнив недавно увиденный документальный фильм о настоящем состоянии деревни в Нечерноземье. – «Эти пропащие пьяницы нам хорошего урожая не обеспечат. Надо крепко подумать.» Не к месту вспомнился анекдот про него.
Приезжает Брежнев в Америку. Никсон дает банкет в его честь. Тот оглядывает стол, напитки и говорит:
– Ричард, у вас же за всем контроль. Откуда деньги на такое угощение?
Никсон подводит его к окну и говорит:
– Мост видишь? В бюджете на его постройку записали пять миллиардов, а построили за четыре с половиной. Разница – на столе.
Потом Никсон приезжает в Москву. Стол на банкете еще лучше. Никсон спрашивает:
– Леня, откуда такая роскошь?
Брежнев подводит его к окну и спрашивает:
– Мост видишь? Нет? Вот так-то
Брежнев постучал пальцами по столу, и его настроение опять ухудшилось. Вспомнил события последних месяцев, особенно произошедшие в национальных окраинах. Да и заграницей не все ладно, после лихого подъема случилось и несколько знаковых провалов. Одна Ангола чего стоит, опять наступили на старые грабли, хоть и готовились в этот раз. Это и есть тот самый откат, о котором их предупреждали ученые? Время эластично и может сработать назад, как спортивный эспандер, пытаясь восстановить природный баланс. Сложно для простого понимания, ему люди науки эту теорию буквально на пальцах и долго-долго объясняли. И все равно осталась куча непоняток!
Но общий смысл в Генсек все-таки уловил – в ближайший год легких побед ждать уже не придется. Проблемы мало обнажить, их еще надо как-то решать. Быстро безапелляционно и самое важное – компетентно! Любое движение встряхивает полузастывшее общество и выявляет массу его застарелых болячек. Только какая у них альтернатива – потеря страны в будущем? Нет уж, надо сцепить удила и двигаться только вперед. Большевики и не такие вершины преодолевали!
Леонид Ильич задумался. Вместо относительно легкого «ухода на пенсию» и получения почетного звания Председатель партии он пока нажил лишь ворох несбывшихся задумок и полнейший геморрой в плане их будущего исполнения. С кондачка же многие из то и дело возникающих задач не решить ни сегодня, ни даже завтра. Только кропотливая и ежедневная работа! Ну он хотя бы в этот раз сделал почти все, что мог. Не ушел в сторону, не самоустранился. Пусть теперь другие, более инициативные волокут тяжелейший воз управления сверхдержавы. Его задача – оставить вменяемого преемника и работоспособное Политбюро. Решено!
