Ему суждено стать правителем мира, но путь к владычеству предстоит не самый простой. Однако Ринго точно знает, что нет никого, кроме него, кто достоин править людьми и прочими. Править мудро, справедливо и долго. Он - сын короля, он человек, который четко знает свою цель, он - тот, для кого не существует непреодолимых препятствий.
Глава 1.
В учебной зале царила тишина: восемь юношей и три девушки ждали появления наставника. Агерден задерживался. В последние месяца это случалось все чаще, но чего ждать от шестидесятилетнего старика с внушительным списком недомоганий? Однако слух у наставника оставался как у молодого лесного охотника, который по треску ломающихся ветвей мог определить, какой зверь приближается.
Агерден не терпел шум, просто не выносил. И уже несколько отданных ему для обучения юнцов отправились к другим наставникам, а среди тех, кого он отверг были и наследники очень богатых и влиятельных семей. Но Агерден мог позволить себе выбирать, кого он станет обучать, а кого нет.
Ринго первое время не понимал, почему старый наставник пользуется таким влиянием и уважением со стороны отца, но через пару месяцев обучения пришел к выводу, что более мудрого и грамотного человека ему еще не встречалось. Наставник, без всяких сомнений, прочитал тысячи книг, причем, не только прочитал, но и осмыслил, запомнил и мог цитировать наизусть целые главы. Ринго как-то сверил то, что рассказывал наставник на уроке, с книгой, о которой шла речь, и поразился почти полному совпадению. Однако учитель не только заучивал книги, но и рассказывал о том, что в них правда, а что вымысел или заблуждение.
Занятия проходили каждые два дня: четыре-пять часов в учебной зале с раннего утра, затем обед и прогулка по саду с рукотворным прудом до самого вечера. Именно на прогулках наставник позволял задавать вопросы и охотно отвечал на них.
Учебная зала находилась в южной башне королевского дворца, рядом с гимнастическим залом и выходом в сад. Во время занятий ученики располагались на не очень мягких подушках, набитых сеном, а наставник восседал в деревянном кресле из черного дерева, привезенного из дальних заморских стран.
Ринго терпеливо ждал прихода наставника, исподлобья наблюдая за своими товарищами по учебе. Те, хоть и соблюдали тишину, но обменивались улыбками или гримасничали. Развлекали себя, как могли, хотя по его мнению такое поведение более подходит малышам, а не тем, кто через два-три года достигнет совершеннолетия.
Он медленно вытянул правую ногу, стараясь двигаться очень осторожно: вчера в гимнастическом зале он пропустил удар в тренировочной схватке, и теперь любое резкое движение приносило не очень сильную, но ощутимую боль. А боль отвлекает.
Пит Лангер заметил, что Ринго поморщился, и развел руками, словно извинялся. Именно он вчера ткнул деревянным учебным копьем в его ногу, но Ринго не держал на товарища зла. Сам виноват, что не заблокировал удар. Если бы на месте Пита оказался настоящий враг с настоящим копьем, то такой удар превратил бы его в легкую добычу. Хотя, Ринго решил не лгать себе в мыслях, такой удар означал бы смерть: ведь наконечник копья могли смазать ядом.
Помещение учебной залы хорошо освещалось солнцем, которое доносило свой свет через вытянутые окна. Одно окно напротив входа редко закрывали полностью: именно оно обеспечивало приток свежего воздуха, наполненного ароматом цветущих деревьев из сада.
Наконец в коридоре раздались тяжелые шаги наставника, сопровождаемые глухим стуком деревянной трости, на которую он опирался при ходьбе. Ринго подозревал, что трость служит Агердену не только опорой, но никакого желания выяснять ее второе предназначение не имел. Наставник мог удивить и в этом вопросе. Шаги заставили всех учеников перестать дурачиться: никому не хотелось пополнить ряды изгнанных. Агерден занимался уже с третьим поколением учеников, и только единицы из тех, кто обучался у него, не смогли добиться чего-то значимого в своей жизни. Наставник не зря считался лучшим учителем во всем королевстве.
Агердену понадобилось некоторое время, чтобы добраться до аудитории, за которое Ринго успел помассировать свою ногу в районе удара. Наконец наставник вошел внутрь: высокий худощавый старец в белом одеянии и: свободные штаны из льна и шелковая сорочка, на ногах белые сандалии из тонко выделанной кожи. Для своего возраста учитель сохранился очень хорошо: чисто выбритое лицо с правильными, благородными чертами, длинные седые волосы и короткая борода немного блестели от ароматического масла, источавшего легкий пряный запах. Агерден окинул аудиторию взглядом, пересчитывая собравшихся, и остался доволен тем, что все на месте:
- Хочу сказать вам, молодые люди, что ожидание учит терпению, но не всякий человек достоин того, чтобы его ждали, как и не все люди могут позволить себе опоздания. Лишь те, кто носит благородную фамилию или знатен, могут пользоваться такими приемами. А те, кто рожден в подлости, обязаны помнить об этом до конца дней своих и ждать, не ропща. Ждать можно человека умудренного опытом и знаниями, но никак не годами, так как годы не всем несут мудрость, а нет мудрости нет и уважения, - наставник медленно направлялся к своему креслу, и Ринго отметил, что сегодня Агерден идет еще медленнее, чем обычно: старик иногда упоминал, что у него болят ноги, но болезнь обострилась именно сегодня.
