– Сейчас – только своей совести, – тихо сказал скорее самому себе, нежели графу, сержант Ростера.
– И совесть заставила вас явиться сюда?
– Да, можно и так сказать. Я на распутье. – Гим взглянул в глаза правителю Оттора. – Так получилось, что выбор за мною: я хочу стать на сторону тех, кого ведет благородство!
Бывает, люди вдруг начинают верить друг другу, сами не до конца понимая почему. Графу, который фактически познакомился с Гимом всего лишь несколько минут назад, достаточно было благородного огня, горевшего в глазах молодого солдата, искренности, звучавшей в его речи, чтобы поверить ему.
– Что ж... – проговорил он, немного помедлив. – Как я понимаю, я должен предложить вам встать под мои знамена и посмотреть, что из этого выйдет? Ну, тогда моя очередь рассказывать и показывать. По большому счету, я ведь не сильно рискую: того, что вы уже знаете, достаточно, чтобы раскопать и все остальное. Или вы – на стороне Сопротивления, или вы – против. Другого, к сожалению, не дано... Пойдемте! Граф тяжело поднялся, оглядываясь на закрытые двери.
– Одну минутку, милорд, – остановил его Гим. – За личными переживаниями я забыл о цели визита. Девушка по имени Ин вернулась к заказчикам убийства. Ее наверняка предпочтут убрать как ненужного свидетеля.
– Но ведь есть еще вы? – напомнил правитель.
– Об этом они не знают. То есть знали, но после того, как разрядили в мое тело два поляризатора и один излучатель, наверняка считают вопрос закрытым.
– Вы такой живучий? – недоверчиво спросил Радол.
– Как видите. Мы сможем помочь девушке до того, как продолжим дискуссию? Чувствую, что наш разговор будет долгим.
Граф задумался.
– Получается, вы хотите помочь убийце, – несколько удивленно произнес он.
– Солдату, милорд. Ин выполняла приказ. Граф закивал, продолжая о чем-то думать.
– Помочь вашей знакомой и разобраться с Виолтом – две стороны одной и той же медали. Сначала закончим начатое. Пойдемте!
Они вышли не только из комнаты, но и из здания. Набежала охрана. С неба упал черный военный бот, слишком большой для наземного города, но крохотный для космического корабля, коим на самом деле являлся.
Открылись люки, спустился трап.
– Мы куда-то летим? – удивился Гим.
– Не волнуйтесь, – успокоил его Радол. – Это недалеко.
Внутри стояли большие мягкие диваны, сверкал стальными бутылями бар, играла тихая музыка. Вокруг главной каюты разместились люди в штатском, человек десять. Граф что-то сказал пилотам – бот оторвался от земли, уверенно набирая ускорение. Стоило ему взлететь, как вокруг появилась целая эскадра полицейских и военных катеров. Они окружили бот с правителем, подобно пчелиному рою. Вся стая судов по специальным «служебным» коридорам (то есть напрямик через все небо) направилась к шлюзам в городском куполе.
Полицейские сирены отпугнули очередь на выезд из города, заставив гражданский транспорт посторониться. Люки открывались намного быстрее, чем раньше. В итоге прохождение шлюзов заняло не более двух минут.
За куполом бушевала зимняя стихия: ветер швырял на обзорные камеры бота столько мелкой снежной крошки, что видимость ограничилась несколькими метрами. Полет ускорился. Полицейские остались ждать у купола, армейские катера рассредоточились, чтобы не врезаться друг в друга.
Снизу едва был различим остроугольный скальный массив, тонущий в вихрящихся снежных облаках. Гим терпеливо ждал, глядя на экран псевдопрозрачных «окон». Как вскоре выяснилось, «недалеко» означало двадцать минут сверхзвукового полета. В какой-то момент группа катеров и бот резко пошли на снижение, воткнулись в плотную снежную пелену – и вдруг оказались в обширном, ярко освещенном подземном пространстве.
– Секретные шлюзы с моментальным затвором, – объяснил граф. – Сейчас все увидите.
Глубоко под землей располагался своеобразный город. Точнее, это был громадный завод, занимавший подземную полость, сравнимую по размерам с куполом столицы Оттора.
– Таких у нас несколько, – сказал граф, заметив интерес во взгляде Гима. – Все строго засекречены. О подземных заводах Оттора не знают ни герцог, ни эльтары. Сопротивление – организация жесточайших моральных правил. Членство в нем требует высочайшего доверия.
– Герцог догадывается. Он говорил, что вы что-то затеваете. Что для жизнеобеспечения городов Оттора здесь добывается слишком много энергии.
– Не догадывается, а подозревает, – поправил граф. – Во всяком случае, так было до выходки Виолта... Сейчас вы увидите, на что мы расходуем энергию наших спутников.
Бот снижался, направляясь к месту, где находился самый яркий, слепивший глаза источник света. Там что-то происходило. Огромные краны с закрепленными на стрелах цилиндрами излучателей стояли вокруг круглой заводской площадки. Из излучателей вырывались голубые и желтые снопы света. В центре площадки они образовывали пылающий, словно далекое солнце, шар величиной с десятиэтажный дом.
– Технология, которой нет равных! – щурясь от яркого света, гордо проговорил Радол. – Я работал над ней всю свою жизнь!
