- А вот с этим погоди. Со стула не падай, ты мою невесту - знаешь.
Сквозь полное оглушение сознания кто-то произнес вместо него, Ярова:
- Елена... Елена Борисова?
- Угадал. А может и знал. - кивнул Рол. - Знал?
- Нет.
- Ну, так растолковываю. Познакомились мы с ней там же, где и ты. В больнице. Ну и...
- Не надо. - попросил Яров. - Меня детали не интересуют.
- А никаких деталей пока и нет. Я к такому делу отношусь серьезно.
- Конечно. Но не забудь, что у неё сын. Шесть или семь лет.
- А это как раз плюс. - твердо сказал Рол. - Готовый ребенок. Я его усыновлю, будет называть меня отцом. Благо настоящий утонул к чертям собачим. Так что старший мой наследник - уже есть. А там ещё парочка прибудет.
- Зачем ты мне это говоришь? - беспомощно спросил Яров. - Я и так все понимаю.
- Что ты понимаешь?
- Да то, что придержал ты меня около себя только затем, чтоб я, дурак, возле Елены поменьше прыгал. Твои холуи небось сразу тебе рассказали, что я и она...
- Рассказали. - согласился Рол. - Хотя и рассказывать там было нечего. Потому, что она сама мне все про тебя досконально рассказала. Нам тут в соперниках ходить не приходится.
- Зачем ты все это мне говоришь, зараза? - едва не застонал Яров. Все же ясно. Будьте счастливы и иди к черту!
- К черту пойду, но один момент уточним. - упрямо талдычил Рол. - Она тебе слово дала, что подарит десять дней в июне. С тридцатого мая. И слово свое сдержит. А если это не так получится, то я её первым уважать не буду. Ясно?
- Нет.
- Подумаешь и разберешся, ты мужик умный. Если доживешь до тридцатого мая, то десять дней июня - твои.
Яров почувствовал, что отвечает трясущимися губами.
- А ты мне дашь дожить до тридцатого мая?
Рол словно ждал вопроса:
- Я тебе дам дожить столько, сколько ты сам проживешь, Илья Иванович. На том тебе мое слово. Как мужик мужику обещаю. А ты хоть и дохлый, хоть и слишком культурный, но - мужик. Настоящий. Жалко, что тебя вылечить невозможно. Я уж везде про твои болезни узнавал. Никакими долларами не спасешся. А то бы мы вместе ещё поработали. Я даже должность для тебя при себе придумал - пресс-секретарь! И вел бы мою предвыборную коммпанию в Щелковской губернии! А?
Мелькнула мысль, что при любых других обстоятельствах, при любом другом человеке, кроме Рола, - весь разговор показался бы диалогом двух сумасшедших в горячечном бреду. Но Рол - был хоть и искалеченной, уродливой, но столь существующей трезвой реальностью, что приходилось признать, всё так и есть на самом деле.
Рол уже зажал в кулачище стакан и предлагал тост.
- Ну, выпьем. За мужиков. Скажи честно, есть у тебя ко мне злость в душе? Ненавидишь меня? Скажи, я не обижусь.
- Нет. - ответил Яров и повторил искренне. - Нет. Честное слово. Ты дикарь во фраке. Но, может быть, за тобой будущее.
- Я тоже так думаю, что не должен ты меня ненавидеть. Дурного я тебе ничего не сделал. Давай, за настоящих русских мужиков - до дна.
Яров впервые за многие годы хлобыстнул весь стакан залпом - до дна.
Оба словно выдохлись после напряжения разговора и молча жевали обжигающий шашлык с зелеными кружочками перца. Дождь стучал по крыше, за окном слышался гул трассы. Воробей возился возле камина - истекал от стремления угодить высокому гостю.
Наконец Яров принял решение.
- Вот значит как... Передай Елене, что я не поеду на Волгу. Она свободна от...
- Поедешь. - не глянув на него, смачно разрывая зубами мясо, оборвал Рол. - Поедешь, Илья Иванович. Женщину нельзя обижать. И, по моему, мы досконально договорились, больше об этом не толковать.
Он вдруг вскинул на Ярова удивленные глаза.
- Ты чем тут смущаешся-то, Илья Ивановичч? У неё уже есть сын, были любовники, четверть века красивая женщина запросто так прожить не может! Другое дело будет, когда мы с ней обвечаемся в Храме, а пока она человек свободный! И не желаю я её до того на привязи держать! Мне самому ещё моих шлюх по углам разогнать надо! Хватит про это!
- Хорошо. - обессилел Яров. - Хватит.
- А Хлебникова ты больше и вовсе не увидишь. Коль он, паскуда, угомониться не может, так и отлетит зараз куда подальше. Наркоту отдашь и живи потихоньку, сколько получится.
- Нам лучше больше не втречаться, Рол. - выдавил Яров.
- Как прикажешь.
- Я думаю, ты меня понимаешь.
- Нет. Не понимаю. Да и не хочу. - спокойно ответил Рол. - Ты, Илья Иванович, как все умники, которые черезчур мудрые, попростому думать не хочешь. У нас с Еленой хорошая семья будет. Дети будут, дом будет, псарню заведем и лошадей. Ты в этом не сомневайся.
Яров плохо понимал, о чем они ещё разговаривали, пока доели шашлык и выпили tot по бокалу сухого вина. Отвечая Ролу то "да", то "нет", Яров судорожно пытался решить один вопрос: "Надо ли звонить Елене? Звонить или нет?"
Кофе не было в ассортименте шашлычной, но Воробей изготовил его сам и принес две чашки на подносе. Под кофе они выпили ещё коньяк, от которого в голове Ярова опять же не просветлело и он, мучаясь все тем же вопросом, Рола почти не слышал. И, наконец, сказал, врезавшись в какой-то рассказ собеседника о пользе массажных кабинетов.
- Рол, я позвоню Елене.
Тот взглянул в недоумении.