Рожденный в огне полностью

Позже о нем будут говорить как о Первом Защитнике, при нем город полностью изменится. Крепостные обретут свободу, будут построены школы, а драконов впервые оседлают простые смертные.

Но прежде он стал зачинщиком самой кровавой революции в истории его народа.

Он никогда не сомневался в том, что сумеет построить город, в котором будет процветать справедливое общество. И был уверен, что представители старого режима заслуживают смерти. Но иногда он испытывал сожаление из-за того, как именно это случилось, когда Дворец наконец был захвачен.

Он хорошо помнил момент, когда обнаружил представителей правящей династии в руках мучителей. Повелителю драконов сохранили жизнь, чтобы он мог наблюдать за расправой. В живых оставили только его и его младшего сына. Это был мальчик семи-восьми лет с безучастным выражением на залитом кровью лице. Остальные члены семьи, бездыханные, лежали рядом.

– Немедленно прекратите, – воскликнул Первый Защитник, приблизившись вместе с солдатами.

Повстанцы отпустили мальчика, которого пытали, и попытались оправдаться:

– Неужели ты не знаешь, что этот Леон Грозовой Бич натво…? – И тут же умолкли, когда Повелитель драконов, стоящий на коленях на залитом кровью ковре, вдруг заговорил.

– Мой сын… – произнес он на языке, который понимал и Первый Защитник. – Атрей, прошу тебя…

Первый Защитник искоса взглянул на ребенка.

– О Лео позаботятся.

Он вполголоса отдал приказ одному из своих солдат. Тот вздрогнул, но, помедлив, взял на руки сына Повелителя драконов. Когда он унес из комнаты безмолвного, обмякшего мальчика, предводитель повстанцев склонился над Повелителем драконов.

– Эти… животные… – проскрежетал Повелитель драконов.

Первый Защитник не стал спорить. Вместо этого он коснулся рукояти кинжала за поясом. Он посмотрел в глаза Повелителю драконов, словно задавая тому безмолвный вопрос. Повелитель закрыл глаза и кивнул.

Но затем, к удивлению Первого Защитника, заговорил.

– Твои убеждения, – произнес он. – Неужели ты действительно считаешь, что они того стоят, Атрей?

Первый Защитник вытащил кинжал.

– Да, – коротко ответил он.

В последующие годы он часто размышлял над вопросом Повелителя драконов. И хотя многие детали Революции начинали постепенно стираться из памяти, он не забывал о Леоне Грозовом Биче.

Однако сын Леона стал именно той деталью, о которой он забыл.

Девять лет спустя