Рождество – пора чудес, когда даже самая роковая ошибка может обернуться невиданным счастьем, а незнакомец, доселе не знавший тепла семейного очага, наконец-то обретет свой дом. Только как это счастье удержать?
Mary Jo PUTNEY
The Christmas Cuckoo
Сборник: Регентское Рождество III («A Regency Christmas III»)
1991
Перевод: КсюРедактор: Велька
© Мечтательница, 2012
Рождество – пора чудес, когда даже самая роковая ошибка может обернуться невиданным счастьем, а незнакомец, доселе не знавший тепла семейного очага, наконец-то обретет свой дом. Только как это счастье удержать?
Джек Ховард, до недавнего времени майор 51-го полка, печально вздохнул и попытался вместить свою могучую фигуру в ближайшее к камину кресло. Спустя восемь недель безостановочного путешествия он был помятым, уставшим и отчаянно нуждался в стрижке и бритье. Он с нетерпением ждал, когда доберется до гостиницы «Красная утка» и получит возможность поесть, проспать остаток дня, снова поесть, затем, возможно, немного пообщаться с людьми в баре, а потом отправиться спать на ночь. К утру он должен был бы достаточно восстановиться от тягот путешествия, чтобы вынести дальнейшие испытания.
Вместо этого, едва Джек сошел с почтовой кареты, его сразу перехватил маленький, ничем не примечательный клерк. Имевший очень подходящую фамилию мистер Слизл 1был секретарем графини – которую все звали просто графиней, словно она была одна на всю Англию, – и в течение недели каждый день встречал кареты из Портсмута. Едва поприветствовав Джека, мистер Слизл увлек его в отдельную гостиную на почтовой станции, затем вытащил из кармана какую-то бумагу и стал зачитывать список, карандашом отмечая озвученные пункты. И чем больше секретарь говорил, тем подавленнее становился Джек.
Слизл подкрепил свой монолог тем, что вытащил из кармана визитницу и протянул ее Джеку.
– Графиня взяла на себя смелость заказать вам новые карточки.
– Что-то графиня слишком много на себя взяла, – сухо заметил Джек, бросив взгляд на верхнюю визитку и запихивая золотую коробочку в единственный саквояж, стоявший у его ног. По крайней мере, имя было написано верно, хотя ошибиться в написании имени «Джек Ховард» было вообще затруднительно.
Пропустив мимо ушей саркастичное замечание, мистер Слизл поправил на носу очки и вновь сверился со списком.
– Графиня хочет, чтобы перед отъездом из Лондона вы кое-кого посетили, но вы, конечно, не сможете этого сделать, пока не обзаведетесь соответствующим гардеробом. Когда мы отсюда уедем, то посетим мистера Уэстона. Сейчас довольно загруженное время года, однако он пообещал за ночь изготовить для вас какую-нибудь приличную одежду. Конечно, она не в полной мере будет соответствовать обычному качеству его вещей, но вы хотя бы будете выглядеть презентабельно. А более подходящий вашему положению гардероб доставят в Хейзелвуд в течение недели.
– Очень любезно со стороны мистера Уэстона, но я сегодня не планировал посещать ателье. А когда решу это сделать, то скорее всего обращусь к Скотту.
– Графине это не понравится, – заявил секретарь, словно это все решало. Для него так оно и было. – Естественно, вам понадобится камердинер, но в это время года просто невозможно нанять приличных слуг. Жаль, что вы не приехали в Лондон на прошлой неделе, как планировалось. Учитывая, что Рождество уже через три дня, просто некогда заниматься всем тем, что должно быть сделано перед поездкой в Хейзелвуд. Одна из живущих здесь в Лондоне кузин графини согласилась просветить вас, как вести себя в обществе, но у нас будет время только на один урок.
Джек среди друзей славился невозмутимостью и добродушием, но слова Слизла его рассердили.
– Нет, – выдавил он. – Может, мои манеры и грубоваты по стандартам ее светлости, но я уже слишком стар, чтобы учиться новым.
Слизл посмотрел на него поверх очков.
– Никто не сомневается, что у вас манеры джентльмена, – сказал он, с запозданием решив быть более тактичным, – но поскольку вы столько лет провели в армии, графиня подумала, что не помешает навести немного лоска. В Хейзелвуде планируются большие увеселения, будут гости.
Джек вздохнул, зная, что злиться на графиню было напрасной тратой времени. Она была женой его двоюродного деда, и он знал ее еще с тех пор, как был ребенком. Как правило ему удавалось игнорировать ее приказной тон, так почему же сегодня он был столь раздражителен?
Вероятно, потому что у него не было возможности поесть с самого утра, когда он поспешно проглотил кусочек хлеба, запив его большим глотком эля. Джек встал, пересек комнату и вызвал слугу, чтобы заказать еду и напитки.
Взгляд секретаря опустился на его разбитые высокие сапоги с отворотами.
– Эти сапоги придется выкинуть.
Джек остановился как вкопанный, снова до крайности рассердившись.
– Это самые удобные сапоги из тех, что у меня когда-либо были, и куда они пойдут, туда и я.
Проигнорировав его замечание, Слизл сказал:
– Возможно, завтра утром у Хоби найдется время снять с вас мерки на новые сапоги.
– Нет.
С запозданием заметив опасные нотки в голосе Джека, секретарь спросил:
– Предпочитаете заняться этим днем? Может, перед посещением кузины графини?
