Рождественский кролик полностью

Элли помнила, в прошлое Рождество Санта-Клаус принёс ей в подарок красные ботиночки с такими же яркими красными шнурками, а ещё шоколадные конфеты и два пряничных зайца для неё и Гарри. Башмачки были красивыми, но не совсем новыми; на правом ботинке, вдоль всей подошвы, длинным червяком тянулась чёрная царапина, которую не удавалось замаскировать ни ваксой, ни воском. В подарок же Элли хотела не ботинки, а большую красивую куклу, которую видела в магазине «Сувениры для девочек», когда вместе с мамой относила заказ одной пожилой даме. Кукла была великолепна, розовое платье с рюшами, розовый чепец, розовые щёчки – девочка прилипла к витрине, глядя на неё. Кукла была воплощением радости и счастья, только от взгляда не неё у Элли поднималось настроение и на её серьёзном лице появлялась улыбка. Именно такую куклу девочка и просила в подарок у Санты, она нарисовала её цветными карандашами на листке, так как совсем не умела писать, а чтобы Санта увидел её рисунок, пролетая над их домом на своих оленях, девочка положила его на будку башмачника. Утром Элли обнаружила под кроватью красные ботиночки. Тогда-то Элли и решила, раз на рисунке не было адреса, то Санта перепутал её с другой девочкой и её куклу подарил кому-то другому. В этом году Элли решила действовать по-другому: она целый год приставала к маме, чтобы та научила её писать, и теперь девочка умела писать небольшие слова сама.

Раньше Элли жила в этом же доме, но двумя этажами выше, родители снимали четыре комнаты у Бенедикта Карловича – владельца трехэтажного здания, который за деньги сдаёт квартиры в наём другим людям, но девочка не помнила этого. Ей казалось, что они всегда жили в этом тёмном и сыром полуподвале втроём: она, её брат Гарри и мама Мария. В тесной комнате помещалось совсем немного мебели: большой круглый стол, платяной шкаф, был ещё книжный, со множеством толстых и красивых книг. Элли не знала, что в них написано, она только училась читать и писать, но то, что они красивые она понимала, потому что частенько листала их. Вечером, когда дети ложились спать, мама доставала из шкафа толстенную книгу и читала им с Гарри рассказы про Северную страну. Девочка внимательно слушала истории, она думала, что именно в холодной далёкой стране живёт Санта и, когда мама прочла им про северных оленей, у Элли отпали все сомнения в том, что Санта-Клаус выдумка. Если он летает на настоящих северных оленях, которых Элли видела в книжке, значит и он сам – настоящий. Девочка попыталась объяснить брату, открывшуюся ей истину, но Гарри лишь бормотал «лень, лень», что означало совсем другое. И как вести диалог с человеком, который совсем не умеет говорить? Так вот, в комнате кроме стола и двух шкафов, стоял диван, Эллина кровать, буфет с посудой и небольшой комод, в который помещались все вещи её и Гарри. Диван раскладывался, но раздвигать его было некуда, он и без этого упирался в стол, хотя Элли всегда мечтала, чтобы мама расправила его и забрала Гарри спать к себе, а пока он спал в кроватке вместе с Элли. Небольшая деревянная кровать была плотно придвинута к стене, чтобы мальчик, засыпая, случайно не свалился ночью на пол. От стены заметно тянуло холодом, словно её мрачный и холодный дух приглашал их в гости в своё немое Каменное царство. Элли казалось, что Гарри точно бывал в этом царстве, потому как он кашлял и тяжело дышал во время сна, кутаясь от холода в одеяло. Девочка полночи возилась с братом, перекладывала его и укрывала, а на утро еле разлепляла глаза. Она говорила матери о неспокойном сне брата, о сером холодном духе стены, который заставляет Гарри кашлять, и мама, чтобы победить холод стала укладывать между стеной и мальчиком валик, свернутый из своей шубы. Дух стены отступил, сон брата стал спокойным, но Элли от этого спалось ничуть не лучше, места на кровати стало меньше и теперь девочка боялась упасть во время сна. Зато днём Элли спала с удовольствием, потому что Гарри укладывали на диване мамы, и она, развалившись в своей кроватке – видела цветные сны. Больше всего ей нравился один повторяющийся сон, в котором мужчина подбрасывал её вверх в самое небо. На ней голубое платье, голубые банты, голубые туфельки, отрываясь от рук улыбающегося мужчины, она летела в такое же голубое небо, на миг зависала в воздухе, затаив дыхание, и летела вниз, где её подхватывали сильные и надёжные руки. В этом сне Элли всегда смеялась громко и беззаботно. Девочка собиралась рассказать маме об этом, но боялась, что фея сна обидится и больше не станет показывать ей этот чудесный сон.