- Сынок, боюсь, я не смогу найти тебе такого же прекрасного папу, каким был твой родной. Он был идеален: красивый, добрый, нежный и преданный… Как только мы увидели друг друга, между нами образовалась особая связь. Он был солнышком, которое освещало все вокруг. Самой большой ценностью для меня…
Майк изменился. При воспоминании о самых счастливых днях жизни, альфа и сам расцвел. В его глазах появилось мечтательное выражение, а на лице улыбка.
Зак только вздохнул. Как бы ему хотелось, чтобы отец почаще улыбался, чтобы он больше никогда не грустил. Но что для этого сделать Заккари не знал. Не может же он вернуть папу…
Внезапно в голове ребенка появилась идея. У него ведь есть одно, самое заветное желание. Зак схватил рисунок, который несколько минут назад показывал отцу. Он положил тонкую бумагу в конверт.
- Пожалуйста, верните мне папу, - попросил мальчик и положил конверт под елку.
Зак сразу же отвернулся и пошел обратно на кухню. Он боялся спугнуть фей, которые должны были забрать конверт.
Когда Зак вернулся в комнату через полчаса, конверта на месте уже не было. Мальчик только хитро улыбнулся. Он был уверен, что все получилось, и вот-вот появится папа.
Но… ничего не происходило. Заккари надулся.
Майк накрывал на стол. Он с интересом поглядывал на сына, который сидел возле елки и не сводил с нее взгляда. Альфа даже пытался рассмотреть, что же там такое интересное, но ничего не увидел.
- Зак, иди кушать,- позвал альфа.
Погрустневший малыш без особого удовольствия сел за стол. Весь вечер он не произнес ни слова, хотя Майк и пытался разговорить сына.
Было достаточно поздно. Ужин давно закончился, а праздничным мультикам на смену пришли серьезные взрослые фильмы.
- Зак, пора спать… - сказал Майк.
- Нет! – ребенок резко замотал головой. – Еще немного.
Малыш смотрел на отца такими жалостливыми глазами, что Майк разрешил сыну посидеть еще немного. Сам Майк взял в руки старый альбом и рассматривал фотографии. Альбом будто был разделен на две половины: жизнь с Микки и жизнь с Заком. Вот, Майк моет новорожденного Зака. Малыш был очень капризным. Тогда Майку пришлось взять декрет, чтобы ухаживать за ребенком. Но близость с сыном немного уняла тоску альфы. Все же, Заккари очень похож на Микки, а потому ребенок, без сомнения, был любим.
Вот и сейчас Майк залюбовался сыном. Он гордился своим ребенком, и был уверен, что тот растет достойным человеком. А пока нужно наслаждаться отцовством. Если учесть, что Майк не смотрел на других омег, отцом он уже больше никогда не станет.
Ближе к полуночи Майк немного задремал.
Тик-так, тик-так, тик-так…
Заккари обеспокоенно смотрел на часы. Вот-вот пробьет полночь. Малыш устало зевнул. Если сейчас ничего не произойдет, он пойдет спать. Вон, и отец разместился на диване и тихо посапывает.
Три, два, один…
- Поздравляем всех с рождеством! – внезапно прокричали в телевизоре.
Майк испуганно дернулся, а затем схватил пульт и сделал тише звук.
На кухне послышался шум, а затем шаги.
Дезориентированный из-за сна Майк не сразу успел сориентироваться. В голову ему пришла мысль, что в дом пробрались воры. А вот на лице Зака появилась улыбка.
Ручка провернулась и дверь отворилась.
В комнату, с нежной улыбкой на губах, вплыло привидение. Во всяком случае, так Майку показалось. Он уже и забыл, каким был Микки. Фотографии не передавали той энергетики, которая была у омеги. Он будто светился миром и покоем. В руках Микки держал поднос, на котором и лежали его знаменитые булочки. Запах свежей выпечки быстро заполнил всю комнату.
- Что застыли? Налетайте! – произнесло привидение.
Микки поставил поднос на стол. После этого он взял одну из булочек, и передал ее сыну. Зак без замедления схватил ее. Мальчик готов был кричать от счастья. Его папа пришел, теперь их трое в семье. Разве это не самое большое чудо?.. Малыш жадно рассматривал Микки - такого родного и далекого одновременно. Он в первый раз видел своего папу, который отдал ради него свою жизнь.
Майк думал, что сошел с ума… либо это просто сон. Он чувствовал счастье с одной стороны. Вновь увидеть любимого, даже если во сне, это величайшая радость. И он чувствовал невыносимую грусть. Как только Майк проснется, Микки вновь исчезнет. Альфа не хотел просыпаться. Он хотел остаться в этом сне навсегда.
- Майк, чего застыл? Ты бледный…
Омега подошел к своему альфе и положил ладонь ему на лоб, меряя температуру. Тепло, которое исходило от кожи Микки, было слишком реальным.
- Ты ненастоящий, - прошептал Майк.
Страшно и больно возвращаться с небес на землю. Но Майк не мог позволить себе это безумие. У него есть Зак, которого он должен поставить на ноги.
Глаза Микки удивленно расширились.
- Это такой рождественский розыгрыш? – спросил омега. – Майк, ты ведь знаешь, что я не люблю подобное.
- Но ты ведь умер тогда… при родах… мы тебя похоронили…
Микки посерьезнел. Шутка зашла слишком далеко.
- Майк, что за глупости ты несешь? Вот, вся наша жизнь.
Омега указал на альбом, который лежал на столе. Микки схватил его и ткнул альбом альфе.
