— Мы не напасть на «Ежеснежник», потому что Повелитель слов быть хороший.
— Что за Повелитель слов? — навострила уши Нуш.
Ургула покачала головой.
— Повелитель слов в «Ежеснежнике». Так они его называть.
— Они? Кто они? — не отставала Нуш.
Она проводила взглядом Летучих историкси, которые стремительно покидали Долину троллей. Шелестя крыльями, они летели к Лесистым холмам, в родные земли пикси. Ургула тоже это заметила. С неожиданной для такой громадины прытью она схватила одного пикси. Это оказался мальчишка в серебряных одеждах. Нуш уже видела его раньше. Точнее, сегодня утром, за окном кабинета Отца Водоля.
Тут ей вспомнилось ещё кое-что. Следы на снегу в прошлое Рождество. Когда Отец Водоль пришёл на Олений луг с Лесистых холмов, а не из редакции «Ежеснежника», где ему полагалось быть в Сочельник. Отец Водоль всегда ненавидел Рождество. И завидовал Отцу Рождество с тех самых пор, как тот занял его место во главе Совета эльфов.
— Пожалуйста, не обижайте меня, — пискнул пикси. В руках огромадного тролля он казался крохотной серебристой блёсткой.
— Зачем вы шептать нам глупости в уши? Ты говорить, а то я тебя съесть!
— Повелитель слов приказал нам. Если мы делаем, что он просит, он даёт нам хорошие слова. Длинные! — Пикси облизнулся. — Слова, которых мы не знаем.
— Я очень устала, но он говорит правду, — сказала Пикси Правды, развернулась и пошла домой.
Нуш вспомнила, как в детстве поймала Летучую историкси в банку. И дедушка подарил пикси слово «разносторонний», чтобы та не держала на них зла.
— Повелитель слов? — медленно повторила Нуш. Картинка сложилась. — Отец Водоль! Отец Водоль любит длинные слова.
Отец Рождество посмотрел на Нуш.
— Это ведь он отправил тебя сюда?
— Да.
В лунном свете было видно, как погрустнела Ургула. Крупная слеза скатилась по щеке троллихи и камнем упала рядом с Амелией. Девочка на всякий случай отошла подальше. Ургула отпустила историкси. Трепыхая помятыми крылышками, тот полетел догонять сородичей.
— Мы ошибаться. Нам жаль. Мы наказать Повелителя слов, — сказала Ургула.
Отец Рождество покачал головой.
— Не нужно. Повелитель слов, то есть Отец Водоль, больше не ваша забота. Совет эльфов разберётся с ним. Мы лишь просим оставить нас в покое, соблюдать мирный договор и больше не слушать Летучих историкси. До конца ночи нам ещё многое предстоит сделать, так что…
Ургула кивнула. Бух выглядел разочарованным. Изрядно потрёпанная правая голова двухголового тролля — тоже. Отец Рождество, Мэри, Амелия, Нуш и Малыш Мим припустили к саням, которые стояли за соседним холмом. Амелия подбежала к ним первой, и Капитан Сажа, всё это время прятавшийся в бездонном мешке, высунул любопытную мордочку.
— Я встретила настоящих троллей, — поделилась с ним Амелия. — И пикси. И эльфов! Вот и они. Это Нуш, а это…
Нуш потрепала сына по макушке и усадила в сани.
— Малыш Мим, — подсказала она.
Капитан Сажа мяукнул и потёрся головой о Малыша Мима. Он сам был размером с эльфёнка. Наверное, для Малыша Мима он как лошадь, подумала Амелия.
— Ты странно выглядишь, — промяукал Капитан Сажа Малышу Миму, — но ты мне нравишься.
Малыш Мим осторожно погладил кота и повернулся к Амелии.
— Привет, — улыбнулся он. — Сколько тебе лет?
— А как ты думаешь? — спросила Амелия.
Малыш Мим смерил Амелию взглядом. Она была очень высокой.
— Четыреста восемь? — серьёзно предположил он.
Амелия прыснула. Мэри тоже засмеялась.
— Даже не буду спрашивать, сколько, по-твоему, мне лет!
Амелия рассказала Нуш, что тоже хочет стать писателем, как Чарльз Диккенс. А Нуш покраснела и прикрыла сыну уши, потому что для эльфийских ушей слово «Диккенс» было очень похоже на ругательство.
Мэри с Отцом Рождество сели впереди. Часы на приборной панели показывали начало Скоро Утреннего.
Блитцен и Гроза повернули головы к Отцу Рождество, ожидая его приказаний.
— Летите, мои олени! — воскликнул он.
И сани взмыли в небо.
Отец Рождество поговорил по телефону с Отцом Топо, который всё это время терпеливо ждал новостей в Мастерской игрушек. Амелия слушала и улыбалась. Она до сих пор не могла поверить, что это в самом деле Отец Рождество, и он разговаривает с настоящим эльфом по какому-то «телефону», пока они летят по небу на волшебных санях.
— С ними всё в порядке, Отец Топо. Да… Да, именно так! Скажи Зануднику. Это всё козни Отца Водоля, но с ним мы разберёмся завтра. Сейчас у нас есть дела поважнее.
В ту ночь Отец Рождество взял Мэри, Амелию, Нуш и Малыша Мима с собой в путешествие вокруг света, чтобы они помогли ему доставить подарки. Барометр надежды горел в полную силу, как и Северное сияние. У Амелии дух захватило от восхищения, когда они пролетали сквозь завесу волшебных огней.
— Это… — начала она и замолчала. Никаких слов не хватило бы, чтобы описать её чувства. Поэтому Амелия просто вздохнула.
Отец Рождество посмотрел на неё с улыбкой.
— Так выглядит надежда. Это ты помогла Северному сиянию разгореться. Без тебя ничего бы этого не было. Без тебя и твоей веры в чудеса.
