Айла танцевала с Владом, когда погас свет, и он – серьезный инженер из Санкт-Петербурга и тоже, позвольте заметить, настоящий красавчик, – тут же выглянул наружу и, увидев погрузившийся во тьму остров, сразу позвонил своим друзьям, которые явно не прятались в субмарине где-то посреди залива, и все они поспешили присоединиться к ним.
Поэтому, когда два часа спустя в «Харборс рест» снова загорелся свет и все обрадовались, посетителям показалось, что они увидели, как удвоилось – или учетверилось – количество светлокожих молодых людей, очутившихся у бара. Они принялись пить водку и учить местных жителей петь «Тихая ночь, дивная ночь».
Свет загорелся, когда Сайф уже внимательно осматривал свой аппарат.
– А, – пробормотал он, – так-то лучше.
Флора таращилась на него, ее сердце нервно подпрыгивало.
– Мне казалось, вы говорили… Вы
Сайф посмотрел на нее.
– Все меняется, – проворчал он.
Джоэл топтался рядом, все еще не совсем понимая, что происходит, а Сайф вымыл руки, а потом взял холодный тюбик голубого геля и выдавил его содержимое на живот Флоры.
За окнами кружил снег, в спальне не раздавалось ни звука, пока наконец аппарат не начал ровно гудеть, и тут словно сама комната затаила дыхание.
– Не шевелитесь! – приказал Сайф.
Доктор не смотрел в лицо ни Флоре, ни Джоэлу, он просто начал исследование. Ему хотелось сказать что-нибудь… что-нибудь утешающее насчет того, что подобное иногда случается, – но зонд скользил по гелю, и даже до того, как монитор как следует прогрелся, Сайф ощутил в пальцах нечто странное… Он прижал зонд крепче. Монитор он повернул так, чтобы его не видели Флора и Джоэл. И ждал, пока не убедился окончательно.
После этого он развернул монитор. И прибавил звук в сканере, так что теперь они слышали тихое шелестящее биение, быстрое и уверенное.
– Кто-то там зацепился и ждет, – сказал Сайф.
Ждет. Это было верно по отношению к малышу. Но и для каждого из них это тоже было верно сегодняшней ночью. А возможно, и для всего мира.
Сайф вышел в темноту. На промерзших улицах никого не было, хотя шторм утих. А ему хотелось глотнуть немного свежего воздуха до того, как он вернется домой, – он оставил мальчиков сидящими перед камином, убедив их, что отключение электричества тоже своего рода приключение, хотя оно и могло напомнить о прошлом. Но они в конце концов просто заснули. Эш прижимал к себе огромного пушистого тигра, и даже Ибрагим задремал, хотя и был все еще переполнен изумлением из-за того, что кто-то думал о них с таким вниманием, что догадался подарить игровую приставку, его давнюю мечту. Он просто не в силах был в это поверить. И Сайф заметил в глазах сына намек на понимание того, что люди могут заботиться о нем, пусть даже он сердит и скандален.
Сайф прошел к стенке набережной. Наступила полночь: день Рождества. Ветер утих, все вокруг замерло, над головой появились звезды, и Сайф стал смотреть на них. Телефон в его кармане звякнул. Батарейка была почти разряжена, Сайф лишь на минутку включил ее в зарядник в машине. Он удивленно посмотрел на сообщение, которого не заметил прежде.
Он и не догадывался, что Неда изрядно похлопотала, действуя за сценой. Конечно, она знала доктора Мехту. Она знала всех. И она сразу замечала все хорошее, что попадалось ей на глаза.
«Дорогой доктор Хассан, – было написано в сообщении. – Мы с сожалением информируем Вас, что в данном случае Ваша заявка была отклонена…»
Он не стал читать дальше. Просто моргнул и снова стал смотреть на звезды.
Лорна не слишком уверенно шла по темным улицам, возвращаясь из «Харборс рест». Она получила путаное сообщение от Флоры, что-то насчет того, что не все потеряно. С просьбой принести сардельки-чиполата. Лорна улыбнулась, покачала головой, осторожно выбирая дорогу, ее высокие каблуки негромко стучали по камням.
Когда она заметила темную фигуру впереди, то слегка испугалась: кто-то стоял совершенно неподвижно у края причала, глядя на темное море.
А потом она поняла, кто это.
Брамбл был взволнован – по его собачьим стандартам. Во-первых, рано утром кто-то начал прыгать и кричать всем:
– Вставайте, вставайте, Санти пришел, вставайте все!
Во-вторых, в углу комнаты появилось огромное дерево, на которое он уже попытался поднять лапу, но ему строго запретили это делать, так что они с деревом стали врагами, если говорить о мнении Брамбла.
И в-третьих, вокруг разносились аппетитные запахи чего-то готовившегося, вызвавшие у Брамбла мысль о том, что, наверное, пришло время ужина, вот только никто не предлагал ему что-нибудь съесть.
Поэтому Брамбл был растерян.
Он отправился на обычную прогулку по деревне. В некоторых окнах горел свет, и, как ни странно, люди, выходившие из «Харборс рест», выглядели не слишком уверенно, а уж пахли хуже некуда. Брамбл вежливо постоял какое-то время снаружи, но сегодня никто не собирался вручать ему газету.
Он не нашел рыбаков, занимавшихся сетями. И Майлу не носился по пляжу.
