Пост-Хогвартс. Быт и бытие одного Санта-Клауса.
Рождество Северуса Снейпа
Первая Рождественская ночь
— Цвет формы согласно правилам. Вы же Отец Рождества, а не вампир… и не лепрекон… красный, пожалуйста. Вот так — очень хорошо.
Под скучающим рассеянным взглядом молодого сотрудника Департамента празднеств моя одежда изменила цвет из черного в зеленый и наконец в положенный красный.
— Вы что, тоже новенький?
Я ничего не ответил, косясь на разбросанные по столу разномастные пестрые открытки. Интересно, что думает этот юнец на мой счет? Да, собственно, какая мне разница. Я машинально сгреб в мешок несколько открыток. Взгляд неожиданно уперся в одну, перевернутую картинкой вниз, оставшуюся на столе среди прочих. Не очень хорошо понимая, что именно привлекло мое внимание, я взял жесткий глянцевый кусочек картона и пробежал глазами по строчкам. Мистер и миссис Поттер для Джеймса Сириуса Поттера; возраст: два года; заказ: первичный; подарок … адрес… желательное время…
Джеймс Сириус Поттер.
Поколебавшись секунду-другую, я швырнул открытку в свой мешок.
— Я могу идти?
— Да-да, пожалуйста, — с вышколенной доброжелательностью ответил юнец, привстал и протянул мне ладонь для рукопожатия. — Счастливого Рождества!
Проигнорировав протянутую ладонь, я развернулся и вышел из тесного душного кабинета прямо в поздний декабрьский вечер.
Первая звезда мигнула голубоватым слабым светом на низком непогожем небе и тут же скрылась за снеговой тучей.
***
Джеймс Сириус Поттер. Два года. Заказ — первичный. Два года — оптимальный возраст для первого знакомства с Отцом Рождества с целью получения подарков от оного в качестве воспитательной меры, определяющей поведение ребенка в течение всего года. Ну и чушь. Джеймсу Сириусу Поттеру не хватает магии в обычной жизни, и ему необходимо знакомство с каким-то ряженым дедом в красных тряпках, платные услуги по вызову, отказ невозможен в принципе, всё для полнейшего удовольствия клиента? Далеко не все маги приглашали в дом Санту. Не все — но некоторые приглашали. Теперь вот в числе некоторых мистер и миссис Поттер. Наверное, это идея и инициатива Поттера. Вспомнил сиротское детство, еще до Хогвартса, когда к его кузену наверняка являлось ряженое чучело с туго набитым мешком, а самому Поттеру дарили исключительно дырку от бублика. Ну, пусть Поттер. Плевать я хотел.
И плевал чуть ли не десять лет. Не интересовался. Даже в мыслях не держал. Так какого черта я забрал себе эту открытку? Неужели сочетание «Джеймс-Сириус-Поттер» подействовало? Другой Джеймс, другой Сириус, быльем поросло, я и не помню уже ничего, ничего толком не помню, кроме смутного ощущения непокоя и какой-то сладкой, как сахарная вата, морозной хрусткой тоски.
Снег лепил беспросветно, крупный, рыхлый, оседая на плечи влажными сугробами. Я изрядно вспотел в этом идиотском наряде, отороченном лебяжьим пухом, и шел, чертыхаясь сквозь зубы, хотя пора уж было привыкнуть за столько-то лет. Кажется, теперь нужно свернуть налево и пройти еще сотню ярдов. Как раз успею ко времени, заказанному мистером и миссис Поттер, если конечно, каждый встречный и поперечный не будет при виде меня скалиться во весь рот и тут же бросаться петь прямо мне в ухо “Merry little Xmas”. В такую погоду лучше бы дома сидели, а не шлялись по улицам с блаженно-добродушными лицами, все на одно лицо: дети, мужчины, женщины, старики, старухи, все на одно лицо чьего-то там рождества.
С каким бы удовольствием я сам сидел бы где-нибудь, а не месил мокрый снег пудовыми красными сапогами, подбираясь к дому.
Последний заказ на сегодня. Долго я здесь не задержусь, это уж точно.
Мне не было даже любопытно, когда я колотил молоточком в дверь, изуродованную огромным зеленым венком. Я понятия не имел, как мне было. Я знать не знал, чего меня сюда принесло. Просто делал свою работу, вот и все.
За дверью раздались шаги — и мне открыли. Сам Поттер. Я его узнал, конечно, хотя не видел примерно десять лет.
Высокий, худой, нескладный. Взъерошенный. Очки. Ничего не изменилось. Да и что, собственно…
— С Рождеством, — буркнул я. — Войти-то можно, раз уж пригласили?
— Да-да, проходите, — он распахнул дверь пошире и поманил меня рукой, будто сомневаясь в способности Отца Рождества понимать человеческую речь. Я ведь, кажется, только что сказал ему обычную фразу на английском! Логика по-прежнему в большом долгу, но кто бы сомневался…
Дальше прихожей идти не следует. Сухой рыжеватый коврик для ног тут же превратился в мокрую половую тряпку. Издержки визита Санты. Скорей бы уж все кончилось. Ну, где там двухлетний Джеймс Сириус, почему до сих пор с гиканьем не вынесся в коридор встречать Отца Рождества? В доме было тихо-тихо, словно в нем никого не было, кроме Поттера, стоявшего сутуловатым столбом и, похоже, не знающего, что говорить и что делать. Словно он стоял где-то совсем не здесь. Высокий, худой, нескладный. Взъерошенный. Очки. Ничего не изменилось. Да и что, собственно…
Сугробы на моих плечах подтаяли — и красная шуба набрякла влагой.
— Где ребенок?
— Джеймс… он… видите ли…
