— Любой мир — это лакомое местечко. Многим тварям необходимы миры для подпитки, а этот ещё и населен, так что существо, которое желает нас захватить, получит ещё и множество рабов, с помощью которых сможет увеличить своё влияние, возможно, путём захватом иных миров.
— Ты знаешь, кто это может быть?
— Нет, не знаю. Может быть, что-то чудовищное, а может быть, какой-нибудь бог. Им ведь тоже нужны свои миры и своя паства. И я не уверен, что хочу знать правду.
Это точно. Я тоже не хочу знать, но что-то мне подсказывает, что узнать придётся. Мы уже почти подошли к источнику, когда я вдруг вспомнила один момент в речи Сид, который меня смутил.
— Ты сказал, что для людей магия существует обособленно от них, а для тебя и меня всё не так. Но я ведь тоже человек.
— Ты? — он тихонько рассмеялся. — Не больше, чем я или Фараил. Честно говоря, я не понимаю, к какому народу ты принадлежишь, но точно не к людям. Я чувствую волшебство, текущее в твоих жилах и все остальные Сид тоже чувствуют. И к тому же, если бы ты была человеком, разве твоя песня спасла бы Фараила от тьмы?
— Эта песня — просто дар сирен, — попыталась объяснить я.
— Нисса, сирены не могут передать Дар человеку. Это невозможно.
Я замолчала. И что тут скажешь? Он явно знает, о чём говорит. Но Лисана была человеком, по крайней мере по большей части. Кем тогда был мой отец?
Незаметно мы подошли к источнику. Маленький фонтанчик вырывался прямо из склона холма, весело блистая на солнце. Вокруг него Сид выложили каменное ложе, в котором скапливалась вода, уходя затем куда-то в землю. Всё вокруг просто дышало магией. Я глубоко вдохнула свежий, ароматный воздух и опустила руку прямо в воду источника. Она оказалась совершенно ледяной.
— Выпей, — кивнул головой мой спутник.
Я сделала несколько глотков. Магия во мне тут же отозвалась на воду источника, всколыхнувшись и забурлив. На секунду я слилась с миром вокруг, ощутив каждую травинку, каждый листик, каждый камешек. Потом слияние исчезло, но ощущение чуда осталось.
— Мы не подпускаем никого к источнику. Тем более людей. И пить из него тоже никому не даём.
— А мне почему можно?
— Ты спасла Фараила. А сейчас попытаешься спасти всех нас.
Я удивлённо посмотрела на своего собеседника. Что-то я не помню, что подписывалась на такое. Хотя, с другой стороны, разве я не понимаю, что источник нужно сохранить любой ценой? Тем временем Сид обернулся ко мне спиной, любуясь фонтанчиком.
— Некоторое время назад я обнаружил способ, который может помочь нам защитить наши земли от тьмы. Можно поставить нечто вроде полога, запирающего Холмы и не дающего никому попасть сюда. Никому — это значит не только тьме, но и вообще никому. По сути наши холмы полностью исчезнут с поверхности земли, схлопнувшись в нечто вроде магической точки. Но мы будем по-прежнему жить внутри этой точки, и источник по-прежнему будет распространять волшебство по всему миру. А потом, когда опасность пройдёт, мы сможем вновь снять печати, если это будет необходимо.
— Если такой способ есть, то почему ты им до сих пор не воспользовался? — удивлённо спросила я.
— Потому что у него на это силёнок не хватит, — прорычал в моей голове дракон. Рядом со мной приземлился Фараил, обдав тёплым ветром.
— И вы хотите, чтобы я вам помогла?
— Раньше мы не знали, кто сможет это сделать. — пожал плечами волшебник, — но теперь я надеюсь, что ты сможешь.
Я пожала плечами. Попробовать точно можно. Мы в любом случае ничего не теряем. Уловив моё согласие, Сид и дракон придвинулись поближе ко мне. Я положила одну руку на блестящую чешую, а вторую на плечо волшебника, готовясь делиться с ними своей силой. Оба моих спутника заговорили, один высоким, звенящим голосом, похожим на серебристых колокольчик, другой низким тревожным рыком. Через некоторое время я уловила рисунок плетущегося заклинания и запела, присоединяя свой голос к волшебству. Магия рвалась через меня наружу, выплёскиваясь причудливыми волнами, наполняя ткань заклятия сплошным потоком. Вслушиваясь в свой собственный, такой незнакомый голос, я вдруг поняла, о чём пою. В словах чужого (или уже не чужого?) языка звучала мольба защитить, спасти, оградить… И что-то вокруг дрогнуло, отзываясь. Источник внезапно извергся вверх высоким гейзером и осыпался брызгами, зависшими в воздухе. Капли воды образовали нечто вроде тонкой стены, которая начала расти и растягиваться. Наша песня оборвалась, оставив после себя лишь воспоминание и одновременно с этим на Холмы Сид была поставлена печать, закрывшая священные земли от всего чужого. Мы облегчённо выдохнули.
— Получилось…
