– Не вздумай никому рассказывать, – прошипел Кай. Он сжимал моё плечо до боли, его лицо исказила гримаса злости, и я никогда ещё не видела его таким… таким… эмоциональным, что ли.
– Я и не собиралась, – шёпотом отозвалась я. – А что… они на самом деле?
– Да, – в тон мне ответил Кай. – Они на самом деле, мне рассказывала Тэй. Это случилось едва ли ни в первый месяц, когда Тесса пришла сюда, и продолжается до сих пор. Тесса любила его, а теперь… сама видишь.
В ту минуту мне захотелось завыть от отчаяния. Да что такое эта любовь на самом деле, если у неё столько оттенков и видов? И неужели она не бывает просто навсегда, как бывает в легендах и книжках?
Мне нужна была помощь. Я поняла, что наконец-то созрела для того, чтобы поговорить с мамой. И потому едва я сдала отчёт, как сразу же поспешила домой, даже не стала дожидаться Кейна, чтобы пойти вместе. Мне нужны были ответы… но у мамы их не было.
– Родная, я не знаю, что такое любовь, – тихо сказала она. – Когда я говорю тебе, что люблю, это значит, что я привязана к тебе, что я буду о тебе заботиться, несмотря ни на что. Но я ничего не чувствую, когда прикасаюсь к тебе, когда называю тебя по имени… а ты ведь чувствуешь, да? И к Кейну, и ко мне.
– И к Рэю, – добавила я.
Мама смотрела на меня с сожалением, а я думала о том, что лучше бы и не спрашивала. Я перестала что-либо понимать, кажется, даже перестала соображать и чувствовать, как будто весь мир вдруг отдалился, а я оказалась заперта в своём теле как в маленькой комнатке в огромном доме. И мир остался где-то там снаружи, а я – где-то тут, внутри. И это чувство открыло во мне заслонку, впускающую новый приступ страха.
Получается, моя мама меня не любит. Ни меня, ни Рэя. Наверное, и я не особо-то люблю Кейна, раз не иду с ним разговаривать.
Наверное, все мы здесь не умеем любить. И это пугает больше, чем возможный новый приступ страха. Если здесь никто никого не любит, для чего вообще жить?
Этой ночью маргандалорцы забрались в нашу деревню. Они подожгли дом Кейна, благо, ему и его семье удалось выбраться. Они попытались разрушить дом Тессы и Тэй; вторая была в рейде и не пострадала, но Тессу ранили. Тяжело. Я слышала, что ей понадобилась камера возрождения, и пока не знаю, сколько времени она там пробудет.
Алек собрал всех рано утром. Мы организовали помощь Тессе и Тэй, как могли. Помогли семье Кейна перебраться в другой дом. Его родители напуганы, как и моя мама и Рэй. Как и вся деревня, о чём я говорю.
Сегодня ночью мы идём мстить, и будь я проклята, если не сделаю всё, что будет от меня зависеть.
Я помню момент, когда я зашла к Кейну после того, как всё улеглось. Я постучала в дверь его нового дома – они заняли пустующий на краю деревни, практически возле самой стены – и мне открыл он сам. Мы долго стояли на пороге, я снаружи дома, он внутри, и просто смотрели друг на друга. Наверное, в такие минуты просто не нужно слов, да? Вы просто понимаете всё и так.
– Несс, – тихо сказал Кейн. – Прости. Прости за всё. Я…
А я не смогла выдавить ни слова. Я просто шагнула к нему, обняла, снова ощутила его запах – такой родной, такой приятный. И Кейн снова замолчал.
Такую любовь я понимала. Когда вы просто молчите и понимаете, о чём молчите, и нет никаких трудностей, вроде Тессы или Алека.
– Спасибо, что ты осталась со мной, – тихо сказал Кейн. – Я думал, ты не вернёшься после… после всего.
– Ну и дурак, – отозвалась я. – Ты же знаешь, что я… я тебя… ну…
– Я знаю, – сказал он. – Я тебя тоже.
Это был самый лучший момент для того, чтобы сказать это наконец, но я снова не смогла. Слова снова застряли в горле, и никакая воля не могла бы достать их оттуда.
Мы стояли так долго, не решаясь ни зайти в дом, ни выйти прогуляться, до тех пор, пока мама Кейна не вышла в коридор и не попросила закрыть дверь, потому что по жилой части дома гулял сквозняк. Тогда мы вышли во двор и, кажется, очнулись от этого… этой… этого момента. Какое слово тут было бы правильным?
– Несс, я пойду сегодня в рейд, – сказал Кейн, едва мы отошли от дома на пару шагов. – Я знаю, ты против войны и всё такое, но я не могу оставаться в стороне. И мне было бы спокойнее, если бы ты прикрывала мне спину. Особенно сейчас, когда Тесса тоже выступит… она пришла в себя.
– Я… да, конечно, – поспешно согласилась я.
Волевик не смог это проигнорировать, я ощутила его немой вопрос. И мысленно сказала ему, что мы всё равно будем играть по своим правилам, что бы ни случилось.
Я хорошо запомнила этот момент, потому что он был тихим и мирным. Потому что мы с Кейном снова были вместе, и всё было в порядке… ну, насколько оно может быть в порядке. Потому что потом случилось кое-что, что перевернуло весь мой мир с ног на голову.
