Уже вечерело, и фонари накрыли улицу пологом электрического света в тщетной попытке защитить город от изголодавшейся ночной тьмы. Сев в машину, оставленную у входа в участок, Боб почувствовал, как на него наваливается усталость. Очень хотелось поехать домой, выпить стаканчик виски, посмотреть вечерние новости и лечь спать, но добровольно принятая ответственность за безопасность людей не позволяла ему увиливать от исполнения своего долга. Заведя мотор и оглядев темнеющую улицу и редких случайных прохожих, он уверенно вырулил на дорогу в сторону Блюроуз-стрит.
* * *
Когда Стэнли подъехал к своему новому дому, то уже почти оправился от сюрреализма последних дней. Не то чтобы он забыл, что с ним случилось, или полностью успокоился, но, по крайней мере, чувствовал себя в состоянии адекватно реагировать на окружающее и выглядел человеком, при общении с которым собеседник не побежит вызывать полицию или скорую помощь.
Дом номер сорок семь он нашёл почти сразу. Здание показалось ему великолепным – розовое с жёлтым, в приглушённых тонах, с маленькими уютными балкончиками, лесенкой идущими по фасаду. Просторный двор, с ведущей к единственному подъезду широкой дорожкой, по краям обсаженной рябиной и каприфолью, в аккуратных нишах вдоль которой стоят чугунные скамейки с некрашеными деревянными сиденьями. Слева виднелся подъезд для автомобилей, ведущий в подземный гараж.
Местом в гараже Стэнли не обзавелся, и оно ему не понадобится: с работы он уволился, все прежние связи оборвал после смерти Изабель, а продукты собирался приобретать в супермаркете в паре кварталов от своего нового дома, где можно недорого заказать доставку. К тому же мистер Хиллман показал ему на карте района общественную бесплатную стоянку, расположенную совсем рядом, на углу Хармони-сквер и Виндстрим-авеню. Постояв немного около дома и убедившись, что он полностью соответствует его представлениям о спокойной гавани, туда Стэнли и отправился.
Просторную стоянку ограждал забор из металлической сетки, и почти все места оказались заняты. Он покружил по территории, выискивая ячейку подальше от въезда, так как его породистому скакуну предстояло скоротать тут в одиночестве довольно много времени. Наконец он увидел просвет между белым «субару» и вишнёвым «кадиллаком», причём второй уже давно не трогался с места: запылённый, с приспущенными шинами и усыпавшими лобовое стекло засохшими листьями, явно не вчера облетевшими с растущего за забором клёна.
Приткнувшись в эту брешь, он открыл бардачок и вынул оттуда всё, за исключением дорожных карт, поскольку, кроме как в машине, они нигде не могли пригодиться; на всякий случай проверил багажник, но там лежали только аптечка и домкрат. Взяв с заднего сиденья куртку, положил документы во внутренний карман, перекинул её через руку, закрыл дверцы и, сунув ключ в карман брюк, зашагал прочь.
Выйдя со стоянки, он прогулочным шагом направился в сторону мегамаркета, который отлично просматривался ниже по Виндстрим-авеню, чтобы приобрести там недорогую кровать, телевизор, кое-что для хозяйства и провизию, которой бы хватило до конца недели, собираясь расслабиться и обстоятельно подумать.
Магазин оказался громадным. Чтобы найти в дебрях этой мекки потребительства15 нужное Стэнли несколько раз пришлось уточнять дорогу у многочисленных консультантов с приклеенной на их лица за пять долларов в час улыбкой.
Спустя час блужданий между рядов, заполненных красочными упаковками, он решил, что, пожалуй, с него хватит, и вышел в неоспоримо заявляющий о себе вечер с квитанцией службы доставки и оплаченными чеками на внушительный список покупок: от необходимых, вроде полутораспальной кровати, до случайно попавшихся на глаза, типа картофельных чипсов.
От долгого хождения в утробе сверкающего и, даже несмотря на поистине необъятные размеры, тесного монстра он почувствовал утомление, и ему захотелось побыстрее вернуться домой, хоть тот пока не обустроен и пуст.
Открывая магнитным ключом дверь в ярко освещённый подъезд, Стэнли чувствовал себя входящей в долгожданный порт основательно потрёпанной штормом тартаной16. Консьержа на месте не оказалось: судя по доносящимся из задней комнаты слабым запахам овощного рагу и чесночного соуса, он ненадолго оставил свой пост, чтобы перекусить и Стэнли вздохнул с облегчением – меньше всего ему сейчас хотелось проявлять учтивость и отвечать на какие-то ненужные вопросы.
Квартира располагалась на третьем этаже, и, молча пройдя мимо пустующего КПП, он вызвал лифт, с интересом разглядывая вестибюль. Просторный холл выглядел светло, чисто и по-домашнему: белый мраморный пол, свежеокрашенные в брусничный цвет стены с панелями из бука понизу, оштукатуренный белый потолок с галогенными лампами, зеркало на стене над журнальным столиком с парой слегка потёртых кресел – вроде бы ничего особенного, но вместе эти не бросающиеся в глаза детали создавали ощущение уюта и надёжности.
