– Интересно тебе или нет, но твой отец гордился тобой за то, что ты воспротивился ему. Он очень любил тебя, Брайан.
– У него была чертовски своеобразная манера демонстрировать любовь.
Отэм распахнула дверцу и вышла из машины.
– У твоего отца была чертовски своеобразная манера делать большинство вещей.
Он тоже вылез из автомобиля и пошел за ней в дом. Вынув из нагрудного кармана «Далмэйн», протянул ей:
– Снотворные таблетки. Прими две и ложись в постель. Я попрошу Молли принести тебе еду.
– Я не хочу есть. Таблеток тоже не хочу.
– Прими, – повторил он. – От них ты будешь крепче спать.
Она поглядела на Брайана, потом на таблетки, взяла коробочку и пошла по лестнице. Брайан смотрел, как она поднимается. На верхней площадке Отэм оглянулась назад и улыбнулась ему. Брайан вдруг подумал, что все получилось как-то слишком уж легко. Когда она вошла в свою комнату, он взбежал по ступенькам и сел на бархатный диванчик напротив ее двери.
Около него стоял овальный столик, на котором была ваза с красными розами. Он не мог припомнить случая, когда бы здесь не было каких-нибудь цветов. Однажды, когда ему было лет шесть или семь, Брайан, проходя мимо, взял из вазы одну розу и отнес ее своей матери. Она была так довольна, что он всегда стал брать из вазы цветок, если шел к ней.
Повинуясь внезапному порыву, Брайан взял бутон и отломил его от стебля. Отэм действительно оказалась хитрой. Минут через десять дверь тихонько скрипнула, и появились каштановые локоны. Она посмотрела налево по коридору, потом на Брайана. Он усмехнулся и подмигнул ей.
– Собираешься куда-нибудь? Не в больницу ли?
Она широко раскрыла дверь.
– Черт тебя побери, Брайан!
Он встал с диванчика и вложил розу ей в руку:
– Возьмите цветок, прекрасная леди.
Отэм взглянула на розу, и усталость в ее глазах сменилась приятным удивлением. Она провела нежными лепестками по губам и лукаво улыбнулась ему:
– Экономишь на стебельках, да?
Он пожал плечами:
– Где таблетки?
– На тумбочке. Я не буду их принимать.
Брайан кивнул и пошел к ее кровати, откинул простыню, вытряс из коробочки две таблетки и направился в ванную, откуда вернулся со стаканом воды.
– Выпей.
– Я не принимаю таблеток, Брайан. Меня от них по утрам шатает.
– Я мог бы сесть на тебя, взять тебя за нос и запихнуть проклятые таблетки тебе в рот. Если ты вдруг не заметила: я больше тебя.
Отэм схватила таблетки.
– Я тебе это еще припомню! – Она запила таблетки водой, а потом поставила розу в стакан. – Спокойной ночи, Брайан.
– Дудки. У тебя ведь хватит ума уехать, проглотив две таблетки. Я не уйду, пока ты не заснешь.
Она не возражала, когда он уложил ее в кровать и снял с нее туфли и брюки, но когда он стал расстегивать кофточку, шлепнула его по руке.
– Я не ношу лифчика.
Он поглядел на ее соски, выступающие под тонкой материей, и сказал:
– Ух ты, никогда бы не догадался!
Брайан повернулся спиной, пока она заканчивала раздеваться. Когда Отэм забралась под простыню, он присел на кровать. Удовольствие от подаренной розы было мимолетным. В ее глазах снова стояли страх и крайняя усталость.
– Боишься? – спросил он.
– Я просто в ужасе. Никак не могу отойти. Я поняла, как быстро смерть умеет наносить удар. У меня появилась эта безумная мысль, что если я буду там, то смогу отвести его.
– Арти теперь вне опасности, правда?
– В принципе да. Но всякое еще может случиться. Может снова начаться кровотечение, может попасть инфекция.
– А как у него со спиной?
– Теперь у врачей больше надежды, чем раньше. Нога начала чуть-чуть двигаться. – Отэм прижала простыню к груди и села на кровати. – Если он поправится, то это будет долгий и тяжелый процесс. Я хочу, чтобы он был рядом и под постоянным наблюдением. Мне кажется, что квартира над гаражом – не самое подходящее место. Если его нельзя поселить в Доме Осборнов, то я сниму квартиру в городе.
– Не мели ерунды.
Брайан уложил ее на подушки, но, видимо, ей хотелось поговорить. Однако вскоре слова она стала произносить медленно, с трудом и полузакрыла глаза.
Между двумя зевками Отэм провела пальцем по его щекам.
– Исчезла.
– Что исчезло?
– Смешная маска, которая у тебя была после того, как ты сбрил бороду, с которой приехал домой. – Она зевнула. – Ты знаешь, что у тебя глаза меняют цвет? Красиво.
– Ага. Когда я слишком много выпью, они становятся прелестного розовато-красного цвета.
Отэм улыбнулась, еще раз зевнула и отключилась. Брайан немного посидел, наблюдая, как она спит. Время от времени она что-то бормотала и глубоко вздыхала. Он сам не знал почему, но в мыслях у него возникли яркие образы этой спящей женщины: вот ее каштановые волосы развеваются на ветру, вот она вдруг улыбнулась – сначала ртом, потом глазами. И длинные ноги, которые он вытряхнул из брюк, едва заметная полоска пуха, начинавшаяся около пупка и пропадавшая под ярко-красными трусиками.
Он ощутил прилив нежности к этой спящей женщине и провел пальцем по мягкой коже ее плеча, по губам, которые казались бархатными. Если бы она не была...
Если, если, если.
Брайан встал, натянул простыню ей на плечи и выключил свет.
– Спокойной ночи, крутенькая.
Глава 36
