— А я тебя, Галатея. И будь ты смертной женщиной, а не Ангелом в отставке, — единственным существом, чье тело способно отбросить смерть назад и уничтожить меня, — я не держал бы тебя в объятиях.
— Я хотела бы поверить в это, Стэйн.
— Можешь не бояться. Сейчас я уйду.
Он повернулся и направился к двери.
— Куда ты? — крикнула она вслед.
— В отель. Мне пора возвращаться с докладом.
— Что скажет Он?
Стэйн пожал плечами и вышел.
Он знал, что ему делать.
Он стоял в Зале Теней, в недрах того, что называется Моргенгард. Он был Ангелом Смерти, Эмеритусом. Когда знакомый голос из динамика прокаркал: “Доклад!”, Стэйн не сказал: “Сделано!”.
— Совершенно секретно.
Сверкнула молния, и он оказался в большом зале перед десятиэтажным пультом. Он шагнул вперед и вновь услышал приказ:
— Доклад!
— Один вопрос, Моргенгард, — попросил он, скрестив руки на груди. — Это правда, что тебя строили пятнадцать лет?
— Пятнадцать лет, три месяца, две недели, четыре дня, восемь часов, четырнадцать минут и одиннадцать секунд, — уточнил Моргенгард.
И тогда Стэйн прижал ладони к груди.
Возможно, Моргенгард понял, что происходит, но ничего не смог поделать. В тело Ангела встроен целый арсенал оружия и защитных устройств. Вдобавок Стэйн когда-то был в числе десяти самых быстрых слуг Моргенгарда.
Темный Ангел не может поразить сам себя. Семеро посланных к Галатее пострадали от ее защитной системы. Никогда прежде силы Темного Ангела не обращались против него самого, никогда. Однако Стэйн придумал, как это сделать.
Его защитное поле отразило заряд, несущий смерть и разрушение… Отразило, чтобы встретиться с еще большим зарядом… Защита… Еще заряд… Защита… Прорыв!.. И громадный ослепительный шар, словно огненная роза, расцвел в сердце Моргенгарда.
“Правильно я поступил или нет, но у Симула есть несколько лет, чтобы вырасти”, — подумал Стэйн в этот миг, и…
…и где-то сияет солнце, сгорая, как Феникс, чтобы возродиться вновь. Смерть-воскрешение, воскрешение-смерть… Где-то всегда сияет солнце. Помните об этом. Это очень важно.
Ее зовут Галатея. Она помнит. И мы помним.
Мы всегда будем помнить…
