— Мы спешили и не смогли найти ничего больше, — объявил Арчи. — Пожалуйста. — Он протянул букет внутрь авто. Слуки церемонно вручил камелию молодой невесте, остальные члены Банды осыпали ее цветами.
— Я услышал, что вы женитесь, — объяснил Арчи, — а когда люди женятся, то всегда бывает много цветов. Поэтому я созвал по тревоге Банду.
Полли обняла и расцеловала Арчи. Тот, вероятно, сгорел бы со стыда, если не увидел, как Полли обнимает и целует остальных членов Банды. Потом Клив Каллаган нажал стартер и отвел машину назад по аллее, выкрикивая: «До свидания!», а Полли снова расплакалась.
— Ты чудесно придумал, Арчи, — одобрительно заметила Эйприл, когда автомобиль скрылся из виду. — Но если Полли не сможет сдержать свой Ниагарский водопад, то лучше было бы подарить ей четыре дюжины носовых платков.
Издавая радостные вопли, Банда разбежалась по пригоркам, а троица Кэрстейрсов направилась домой.
— Могла бы рассказать мне раньше, — упрекнула сестру Дина.
— Хотела сделать тебе сюрприз. Ну и получилось! Хотя, откровенно говоря, многое было сюрпризом и для меня самой. — Эйприл, скривившись, поддала ногой подвернувшийся некстати камешек. — Дина, ты веришь тому, что рассказала Полли?
— Да! Верю каждому слову!
— Я тоже. Знаешь, кое-что уже проясняется. Седой худощавый мужчина в серой шляпе — это Фрэнк Райли. Он был на месте преступления в момент убийства. Но Флору Сэнфорд убил не он. В это же время там была и Полли Уолкер, которая и прострелила глаз дядюшке Герберту. Этой девушке нельзя давать в руки оружие, разве что рогатку. Кто-то, укрывшийся в столовой, выстрелил и убил Флору Сэнфорд. У этого человека был револьвер сорок пятого калибра, и он умел стрелять. Дина, мы знаем очень много!
— Очень много всего, а в результате ничего! — уныло возразила Дина. — Радоваться пока рано. Многое нам еще не известно.
— Буду радоваться, мне так нравится. Не говори, что не знаем многого, мы не знаем только одного. — Эйприл загадочно улыбнулась. — Остается всего лишь выяснить, кто был тогда в столовой и выстрелил оттуда в миссис Сэнфорд.
Маникюр за три доллара оказался необыкновенно удачным. Прическа тоже. За обедом троица восхищенно рассматривала мать. Против такого великолепия вряд ли устоять Биллу Смиту.
— Эстелла, видимо, очень постаралась на этот раз, — отвечала мать на комплименты детей. — Никогда еще она не обрабатывала мои ногти с таким усердием. Вам нравится этот цвет? — Мариан продемонстрировала руки. — Он не такой, как всегда. Меня уговорила Эстелла.
Эйприл и Дина с воодушевлением поддакивали ей. Цвет ногтей пришелся им по вкусу. Недаром Эйприл сама выбрала у Эстеллы этот прелестный светло-розовый оттенок.
— Я подумала, — продолжала мать, — что уж если я устроила себе каникулы, то не сходить ли нам всем завтра вечером пообедать в ресторан, а потом в театр…
Девочки переглянулись. В глазах у Дины читался немой вопрос, не стоит ли немедленно уведомить мать о том, что завтра на обед приглашен Билл Смит? Когда же Эйприл отрицательно качнула головой, Дина взглядом попросила: «Так сделай же что-нибудь!»
— Это было бы замечательно, — улыбнулась матери Эйприл. — Но ты всегда так занята, мамуся! Гораздо приятнее провести вечер с тобой дома. Вчетвером. Если честно, это доставит мне больше удовольствия, чем ресторан и театр.
— Мне тоже, — горячо поддержала Дина..
— Правда! Правда, мамуся! — подал свой голос Арчи.
— Вы говорите искренне? — усомнилась Мариан. Все трое согласно кивнули. — Что за чудо-дети! Хорошо, останемся дома. По такому торжественному поводу я приготовлю превосходный обед. Что вы хотите? Может быть, жаркое?
— Мне больше всего хотелось бы съесть такой старомодный мясной рулет с густым соусом.
— А после — лимонный крем с целой кучей безе, — дополнила Дина.
— И бисквит, — попросил Арчи.
— Что за дети! — вздыхала Мариан. — Предлагаю им обед в лучшем ресторане и билеты на любой спектакль в городе, а они хотят посидеть дома, играя в лото. Предлагаю им жаркое, а эти глупышки предпочитают мясной рулет.
Дина захихикала, но Эйприл попыталась объяснить.
— Это потому, что мы не разбираемся в том, что по-настоящему хорошо.
— И еще потому, что… — выскочил Арчи, но, получив под столом толчок от Эйприл, проглотил конец фразы: «…мы знаем, что любит Билл Смит».
— Что ты хотел сказать, сынок? — поинтересовалась мать.
— Что мы тебя любим! — объявил Арчи, бросая победный взгляд на сестру.
— Сегодня я вымою посуду после обеда, — предложила Мариан.
— Нет, нет! Можно испортить маникюр, — решительно воспротивилась Эйприл. — Мамуся усядется на диване в гостиной, словно великосветская дама, и почитает книжку о детской психологии.
— Самое главное все-таки, чтобы ты могла нас правильно воспитать, — добавила Дина.
— Правильно! — крикнул Арчи. — Знаете что? Мамуся, знаешь что?
Эйприл пыталась усмирить его взглядом, но Арчи не смотрел в ее сторону и даже отодвинулся от стола, чтобы его не лягнули ногой. Тогда, поднявшись из-за стола, Эйприл стала собирать столовые приборы.
— Знаешь, мамуся, что сказал о тебе Билл Смит?
