Ненавижу вид крови. Память подкинула события вчерашнего дня. Отомстила, мда.
Голова разрывалась. Попросила дар вылечить голову и вывести все остатки от пойла из крови.
Выглядело это жутко. Из ладони просто полилась жидкость на пол сквозь кожу.
– ....! ....! – культурных слов не было.
Зато после этого в голове прояснилось на раз. Я вспомнила события утра.
Не может быть!
Подскочила, резко распахнула дверь и выбежала в комнату.
– Милая, стой! – надсадно закричала Маргарет.
Старушка вскакивала со стула.
– Потом! – махнула на нее рукой.
Вигмар и Вилли стояли около раненого. Оттолкнула Вилли в сторону.
Покалеченный охранник вздрогнул, увидев меня. "Молодой" – пронеслось в голове.
Ладно, пора исправлять ошибки. Положила ладони ему на плечо. Купол привычно раскрылся надо мной, словно зонт. Соскользнула магическим зрением внутрь тела.
Кости были сломаны в нескольких местах со смещением, сухожилия висели, кровь текла из порванных сосудов. Замутило. Хорошо, что мне не надо ничего дополнительно знать. Хорошо, что могу лечить сырой силой.
Убрала все последствия своего срыва. Попутно очистила лёгкие. Парнишка много курил. Вернула ему голос. И вышла в реальность.
Купол опал. Пациент смотрел на меня круглыми от страха глазами. Болтать было лень, самой плохо. Страх – лучший инструмент влияния. Недолго думая выдала ему:
– У тебя внутри гнилой мешок. Будешь курить и дальше – сдохнешь. Рука здорова, все исправила, – сильно хлопнула его по восстановленному плечу. Парнишка вздрогнул. – Не свисти, не болит уже, – обернулась к опекуну. – Одежда моя есть? И полотенце. От меня воняет, хочу помыться. У тебя тут тёплая вода из крана течёт.
Вигмар улыбался и молчал. Ой. Я ж ему двинула. Субординацию нарушила. Не поклонилась. Но улыбался он как-то подозрительно счастливо. На всякий случай поклонилась ему. Заметила свои вещи, взяла и ушла в туалет. Там был шикарный мини-бассейн для омовений.
Пока все молчат, надо делать ноги. Опекун хотел бы, остановил давно. Дурной он сегодня.
Вода была супер! Без зазрения совести взяла все мыльные принадлежности и от души помылась! Резерв у меня теперь ого-го-го. Есть чем давить на дядюшку. Пришло время разговора.
Переоделась. Пальцы теребили чепец, в голове роились мысли. С похмелья может быть всякое, но не такое. Я не зверь.
Ушла в ментал и спросила дар исцеления о составе алкоголя. Ответ пришёл примерно такой, как думала.
Не буду носить чепец, бесит! Скомкала его в руках. Обувь моя после забега к Сибилле была убитой. Так, я хочу нормальную обувь!
Резко открыла дверь туалета и с порога выдала:
– Вигмар, тебя травят! И причём давно.
***
Когда вышла, Вилли сидел на полу, обложившись мелкими мешочками с травами, пузырьками и связками сушёных ингредиентов. Проверял наличие и содержимое, отмечал в записной книжке и складывал в сумку. Окружающих для него не существовало. Человек ушёл в работу с головой. Мое появление осталось для него незамеченным.
Мужчин у дверей прибавилось, их стало четыре. Исак стоял рядом с опекуном. Вся охрана чересчур пристально смотрела только вперёд, в одну точку. Эдакие прилежные солдаты, несущие караул. И ни одна ничтожная мушка в моем лице не отвлечет их от дела.
Маргарет подошла ко мне, обхватила руками за плечи и всматривалась в лицо с опаской.
– Запомни, никогда не причиню вреда тебе, – сказала ей. – Вчера я защищала того, кто мне дорог. Это нормально. Ты поступила бы так же. Не жалею и жалеть не буду.
Няня расплакалась, мы обнялись.
– Сырость будете разводить не здесь. Я жду объяснений, – напомнил о себе Вигмар.
Не разрывая объятий, ответила:
– В общем, поведение с утра, для меня не характерно, поэтому...
– Вилли предупредил: резкий скачок сил может дать последствия, – перебил опекун. Может ты умом тронулась?
– Ну конечно. Сейчас возьму и покусаю тебя! – раздражённо ответила ему.
Охранник возле опекуна первый раз на меня посмотрел.
– Злость, неконтролируемая ярость и жестокость. Знакомо? – спросила Вигмара. – В бутылке было зелье. Ты сейчас не орёшь, брызжа слюной, значит, не пьешь уже какое-то время.
Исак перевёл взгляд на хозяина. Все ждали ответ.
– Знакомо, – сказал Вигмар.
– Когда ты стал опекуном, даже через год, – продолжила я, – не был таким гадом. Постепенно поведение ухудшилось, перестал себя контролировать. Вопрос: где твои заслуги, а где действие зелья?
– Гааад? – протянул Вигмар. – Роззи, ты не всесильна. Я такой добрый, пока мне интересно. Будешь наглеть, огребешь. Есть, чем тебе ответить.
– За гада прости. Да. Ты просто зверствовал. Живое тому доказательство – моя спина.
Отошла от няни и подошла к опекуну.
– Послушай, давай отдохнём друг от друга? У тебя в голове уляжется про отравление, у меня события утра. И потом мы поговорим.
– О чем нам говорить? – мужчина перевел на меня взгляд.
