–Ладно, можно последний вопрос? Ты с ними продолжаешь тусоваться, потому что они популярные и их узнают? Ты ведь стала популярной благодаря им?
–Саша, это очень неудобный для меня вопрос. Я не буду ничего отвечать. Достаточного того, что ты знаешь сам.
–Хорошо, извини. Закрыли эту тему. Давай лучше про наш 11 класс? Что ты думаешь по этому поводу? Куда будешь поступать?
–Я ничего загадывать наперёд не хочу. Пусть всё будет как должно быть. Для меня сейчас главное – это мои друзья и возможность не сидеть сутками дома, как это делают многие. 11 класс самый отстойный, потому что ЕГЭ. Ты и сам, я думаю, ощутил это.
–Непременно согласен. ЕГЭ сьедает всё моё свободное время. Золотой год пропадает в пустую. Всё время тратиться на какие-то одноразовые примеры и дибильные задания.
–Ну не совсем в пустую. Мы же с тобой сидим, общаемся. Значит, что-то происходит помимо учёбы.
–Мне кажется, ты напилась, Элен.
–Тебе только кажется…
Мы морали лёгкие, выкуривая сигарету за сигаретой. Элен курила наравне. Я поражался её стойкости – выпить пол бутылки «Мартини» и поддерживать диалог, не сводя его до низкого однообразия. И как я раньше с ней так не сошёлся, и почему давно ещё не позвал к себе? Она чертовски хороша. Особенно в моей шубе.
Мы обсуждали одноклассников и учителей. Говорили обо всём, что происходит в городе. Без устали и оглядки на время. Стоп произошёл, когда в пачке осталось 2 сигареты.
-Тебе и мне по последней, – сказал я. -Выкурим их так, словно это лучшие сигареты в нашей жизни…
–Да…
Я выпустил одинокое колечко.
–Слушай, у меня давно в голове крутилось, – что такое цыганский поцелуй? – спросил я для поддержания диалога.
–Хочешь покажу? – кокетливо посмотрела на меня Элен.
–Давай, – безропотно ответил я и закрыл глаза.
Она затянулась и поднесла свои губы в двух миллиметрах от соприкосновения, и распахнула дым в меня. Я взял полностью, чувствовался вкус малины, наверно, это её жевачка, и нежно выбросил его в окно.
–Мне так понравилось, – необузданно прошептал я. -Можно ещё?
Она молча припала к мои губам и вместе с дымом подарила глубокий призрачный поцелуй. Я не удержался и целовал её сильнее и сильнее. Она этого хотел. Я этого хотел?
Когда её руки оказались на моей шее, а мои на её груди, я резко оттолкнул её от себя и возразил: ”Элен, я так не могу! Я же с садика тебя знаю. Ты мне как сестра. Это неправильно!”
Она обозлённо швырнула в меня бутылку, скинула шубу и вышла с балкона.
-Ну прости меня, Элен! Меня, правда, совесть мучает. Я говорю, что чувствую. Ты мне симпатична, как девушка, очень даже, но я тебя столько лет знаю и не могу так просто это…
–Юность простит, а я пошла. Развлекайся сам с собой. Приятно оставаться, братец.
Она открыла все двери, швырнула ключи на плитку и исчезла в лифте. Мой самый страшный прогноз сбылся – я ей нравлюсь. Или нравился… Уже. За ней всегда бегали толпами парни, а тут я её отшил. После такого она будет со мной, вообще, разговаривать? Нахуй я вообще сюда припёрся? Нахер я пил?!?!?!?!?!?!
Я ударил себя от злости 3 раза подряд в челюсть. Не вырубился. Шлифану-ка я свою неуместную безрассудность ”Арманьяком”. Я выпил подряд 3 стопки. Меня закочевряжило. Я одел на себя шубу, взял с балкона бутылку с пролившимися остатками и пошёл в ночь с громкой музыкой до дома. "Эту ночь надо забыть", – вторил я себе. Надо же случится такому неждану в конце рабочей недели…
С утра бабуля донимала меня назойливыми расспросами: "С кого ты шубу снял, внучок, блять?" Я еле отошедший объяснил ей, что взял её с Журбы, мол мама попросила принести. Бабуля сказала мне в ответ: ”Саша, не глупи! Мама твоя меня бы попросила, я знаю. Не дури! Верни обратно шубу. Не заставляй меня материться, блять!”
Только к 5 вечера я пошёл её относить обратно (похмелье). И то не просто так. Я одел её на себя, а куртку положил в пакет. Бабушка кричала мне в догонку: ”Ты, что ополоумел в женской шубе по улице идти. Засмеют!” Я спускался всё ниже по лестничным этажам и почти уже не слышал, что она там говорит.
На улице я пытался делать вид, будто сам на неё заработал, но люди смотрели на меня с усмешкой. Я плевал им в след и показывал «фак». Мне было плевать по двум причинам: во-первых, я с бодуна, во-вторых, у меня пол лимона на плечах висит. Да, это тот самый цинизм, который я не разделяю, и который переодически овладевает мной.
Я пришёл. Убрал в шкаф шубу и заглянул в ящик, откуда вчера пропало «Мартини». Там лежала в закутке ещё бутылочка шампанского.
-Во все тяжкие?
–Во все тяжкие, – ответил я себе.
Ноябрь истончился. Я провожал его, лёжа на большой кровати, в объятиях с бутылочкой у которой название веселее, чем вся моя жизнь – "Помпадур". В плей-листе заиграла ”Выздоравливай скорей – Mujuice”.
Задумался…
