– И с Тукером, – сказал Ной так тихо, что я едва смогла его расслышать. Я заметила, что он отнюдь не выглядит сердитым – он сжался, будто хотел и вовсе спрятаться в своём чёрном свитере. – Моя собака тоже была там. Тукер, ты его помнишь? Мы с мамой хотели свозить его в путешествие. Если бы я не завёл собаку, ничего бы этого не случилось.
– А ты помнишь, кто привёл в дом собаку?
– Не знаю, мне тогда было всего восемь, – сказал Ной и пожал плечами. – Наверное, мама.
– Она согласилась завести питомца, это правда. Но идея была моя, – мистер Аронс ненадолго замолк, и мне показалось, что в нём что-то переменилось. Может быть, он уже не так сильно контролировал свои жесты, и взгляд стал более естественным. – Я уже тогда слишком часто пропадал в офисе. Никогда не мог поехать с тобой в отпуск, редко приходил на твои соревнования по плаванию. Хотел этим подарком вроде как загладить свою вину. Хотел, чтобы ты не скучал, когда меня не было рядом. Поэтому если кто-то кроме водителя грузовика и виноват в этой трагедии, то это я.
Ной секунду раздумывал, а потом мотнул головой.
– Ерунда – сказал он дрожащим голосом.
– Конечно. На самом деле я не жалею, что когда-то привёз эту собаку из приюта. Когда вы были вместе, ты выглядел счастливым. Прямо как на этом фото, – мистер Аронс снова развернул газету и нашёл снимок Ноя с Зайцем, сделанный мистером О’Лири. Он выглядел сосредоточенным, будто пытается сложить какой-то пазл. – Как такое возможно, Ной? – спросил он серьёзно. – В этот момент ты действительно был таким счастливым? И всё то хорошее, что пишет о тебе репортёр, – правда? Я не думал, что ты можешь исправиться за такое короткое время.
– Почему это? Неужели я такой отвратительный?
– Не делай вид, что не понимаешь, о чём я говорю. Все твои граффити, выбитые стёкла, ценности, которые ты здесь украл…
От удивления у меня отвисла челюсть. Я знала, что до меня доходят не все слухи, но всё равно была потрясена.
– О каких ценностях идёт речь? – спросила я.
Ной скривился в усмешке:
– А кто стащил у старого Фергюса золотой зуб? А ошейник со стразами у Мистера Мёрфи?
Как по команде, в следующую секунду в лазарет вошла Нана. Локтем она прижимала к себе коробку с пирожными, а лицо у неё было подозрительно радостное.
– Мистер Аронс, – спокойно сказала она, – всё это не имеет ничего общего с действительностью. Думаю, это идея мистера Беннета – наврать вам про это.
Мистер Аронс набрал в лёгкие воздуха, чтобы что-то сказать, но Ной его опередил:
– Ты поэтому хотел отправить меня в интернат Святого Аврелия? Думал, я стал здесь преступником?
– Э… ну… – забормотал мистер Аронс, теребя свою идеальную стрижку. – У меня сложилось впечатление, что мистер Беннет не мог с тобой справиться. По телефону он рассказывал про тебя настоящие ужасы. Может быть, для того, чтобы я почувствовал, что его услуги мне необходимы и чтобы я побольше ему платил. Но, видимо, в страхе за свою работу он перегнул палку.
– Подожди-ка… Ты имеешь в виду тот телефонный разговор, когда он должен был отговорить тебя отправлять меня в интернат?
Мистер Аронс поднял руку, будто защищаясь:
– Совсем наоборот: он пытался отговорить меня везти тебя домой! Когда я узнал, что ты собрался сбежать на катере, то почувствовал себя виноватым. Вспомнил, как ты не хотел сюда ехать. Вот почему я решил побыстрее забрать тебя отсюда.
Повисла напряжённая пауза. Тишину нарушал только храп Зайца, заснувшего прямо на полу. Под аккомпанемент этого храпа я попробовала разобраться во всём, что услышала. Мистер Беннет хотел получить больше денег за свою работу по сопровождению Ноя. Но мистер Аронс, наслушавшись его вранья, решил поместить сына в интернат! Именно потому, что беспокоился о нём. А Нана, кажется, об этом догадалась. И сделать так, чтобы мистер Аронс наткнулся на эту публикацию в газете, было частью её плана.
Я взглянула на неё, и она подмигнула мне в ответ.
– Я считаю, что у каждого есть доброе зерно, ты помнишь? – сказала Нана.
– Ты и правда заберёшь меня домой? – спросил Ной. Казалось, он ещё не осознал услышанного. – А что я буду делать во время каникул? Ведь ты всегда занят своими небоскрёбами.
– Ну, например, в моём офисе для тебя есть небольшая стажировка. Я давно хотел показать тебе, почему мне так интересна моя работа. Но… – мистер Аронс замолчал и обвёл взглядом лазарет, внимательно рассматривая чисто убранные вольеры и читая таблички с именами питомцев, написанные почерком Ноя… Уголки его рта приподнялись, и теперь его улыбка выглядела очень искренней. – Но, кажется, у тебя уже есть интересная работа на каникулы, – сказал он.
Мы не сразу поняли, что он имеет в виду. Мистер Аронс сказал это как бы между делом, как говорят о вещах, которые и так очевидны. Когда я наконец поняла смысл его слов, меня охватило ощущение счастья. Ной, похоже, чувствовал то же самое. Его глаза стали ещё более синими.
Пока мы молча переглядывались, Нана осторожно приоткрыла коробку.
