— Близнецы? — говорили они. — Кто захочет взять сразу двоих? Прекрасная идея, но нет, спасибо.
Когда Даллас и Флорида подросли, терпение миссис Трэпид было на пределе — они вечно спотыкались, падали, вопили, стучали, плевались, что-то ломали. Шума и хаоса от них было больше, чем от других детей — по крайней мере, так казалось миссис Трэпид.
И вот теперь, стоя у окна и глядя на улицу, миссис Трэпид думала про все эти долгие годы и задавалась вопросом, выдержит ли она и дальше такое количество детей, с их вечной беготнёй, гамом, плачем, криками и суетой.
Лязг, лязг, лязг — гремели мусорные баки, стукаясь о бордюр.
Миссис Трэпид высунулась из окна.
— Пусть кто-нибудь уберёт эти баки! — взмолилась она. — Они сводят меня с ума.
Собрав всё, что осталось после завтрака, Даллас, Флорида, Тиллер и Сэйри взяли спальные мешки и вернулись домой. Даллас и Флорида принялись бегать по холмам и пригоркам.
— Не стесняйтесь, — сказала им Сэйри. — Вам двоим нужно отдохнуть от работы. Почему бы вам не побегать?
— Можете даже покричать, пока вы здесь, — разрешил Тиллер. — Мне приятно время от времени слышать крики в долине.
— Обычно люди не любят, когда кто-то кричит, — удивилась Флорида. — Нас даже запирали в подвале, чтобы не слышать наших криков.
— Скажу вам вот что, — произнёс Тиллер. — Если я когда-нибудь сойду с ума и запру вас где-нибудь, то вы вырветесь на свободу, и… в общем, разрешаю вам укусить меня, попинать ногами, связать и сбросить с обрыва, идёт?
— Хорошо, — пообещал Даллас. — Если вы когда-нибудь посадите нас под замок, то мы так и сделаем.
Поэтому Даллас и Флорида сбежали по склону вниз, громко шлёпая, перешли через ручей на другой берег, взбежали на противоположный холм и на его вершине стали вопить и кричать. А когда устали, то плюхнулись в грязь.
— Что ты думаешь, Даллас? Какой у нас сейчас план?
Даллас повозил в грязи палкой.
— А как ты думаешь, каким должен быть наш план? — спросил он.
— Я думаю, что эти старички… Тиллер и Сэйри… во что бы то ни стало хотят добраться до могучей Рутабаго и прилететь на Кангадун, чтобы увидеть эту странную птицу. И я подумала: может быть… я просто говорю, может быть… я не говорю наверняка… может быть, нам есть смысл совершить с ними эти их путешествия, а когда мы…
— … а когда мы вернёмся, мы всегда сможем сесть на этот ночной поезд, — закончил её мысль Даллас.
— Верно, — сказала Флорида. — Я так и подумала. Ты ведь тоже так подумал?
— В общем-то, да, — признался Даллас.
— Хотя мы обещали никогда, никогда, никогда не расставаться.
— Пусть это будет исключением.
— Одним-единственным исключением, — добавила Флорида.
— Верно, — согласился Даллас. — Когда мы вернёмся, всё будет, как и раньше. Мы всегда будем вместе, и никто не разлучит нас.
Говоря эти слова, он представил себя на морском берегу, где он строит хижину и лакомится кокосами.
— Думаю, нам стоит вновь закопать наши деньги, — решила Флорида.
Тиллер и Сэйри сидели на крыльце, покачиваясь на качелях.
— Ты будешь скучать по мне?
— Конечно, я буду скучать по тебе, — сказал Тиллер. — Как же я могу не скучать по тебе? Ты была здесь со мной почти всю мою жизнь.
— Ты говоришь так, как будто я старый носок.
Тиллер повернулся и посмотрел на жену. Он знал каждую чёрточку её лица, каждое его выражение. Иногда ему казалось, что он знает о ней всё, возможно, даже больше, чем о самом себе. Ощутив внезапный приступ головокружения и слабость, он даже прижал к груди руку, как будто пытался сдержать возникший внутри трепет.
— Ты будешь скучать по мне? — поинтересовался он.
Она повернулась к нему.
— Ты хорошо себя чувствуешь?
— Конечно, — кивнул он. — Почему ты спрашиваешь?
Сэйри взяла его руку. Ей не давал покоя вопрос, каково это оказаться среди совершенно незнакомых людей, которые ничего о ней не знают — ни её привычек, ни её слабостей.
— Конечно, я буду скучать по тебе, — повторила она. — Ты как старый удобный башмак.
— Старый, удобный, красивый башмак, — уточнил Тиллер. Он закрыл глаза и представил себе извилистую реку. — Ты будешь скучать по лощине?
Сэйри посмотрела на склон холма, спускающийся вниз к ручью.
— Спроси ты меня об этом в прошлом месяце, я бы ответила «нет», но в последнее время лощина полна того же очарования и тайны, что и раньше. Странно, не правда ли?
Тиллер чувствовал то же самое, однако удивился, услышав такие слова от Сэйри.
— То есть ты обязательно вернёшься сюда? Ты не останешься на этом острове посреди океана со своей… как там её называют… птицей?
— Ты старый башмак, — улыбнулась она. — Конечно, я вернусь. И ты тоже.
— Возможно, — произнёс Тиллер. — Или же мне так понравится плыть по реке, что я просто поплыву дальше и дальше…
— Прекрати.
— Кстати, ещё не поздно отменить наши путешествия, — сказал Тиллер.
— Не-е-ет. Дети их ждут. Некрасиво разочаровывать их.
Той ночью в долине буйствовал ветер. Он завывал в чаще леса, дребезжал оконными стёклами. Гремел гром, сверкала молния, с треском освещая небо ослепительными вспышками.
— Даллас? — прошептала Флорида. — Слышишь, как грохочет?
