Алина Брониславовна стояла на крыльце «Плазы», любуясь видами Жуковки. Впервые за последние пять лет. Поверх защитного костюма она набросила шубку, сшитую из животиков рыси. Когда-то она получила ее в подарок от одного из многочисленных мужей. Теперь шубкой стоимостью в четверть миллиона никого не удивишь, но Алина упорно ее носила, лично следила за тем, как верная служанка хранит меховое изделие, и закатывала грандиозный скандал, если что-то было не так.
Нижнюю часть лица примадонны прикрывал респиратор, украшенный орнаментом из тонких золотых накладок. Наряд дополняли большие солнцезащитные очки со стеклами, отливающими всеми оттенками фиолетового цвета, и традиционная широкополая шляпа.
По правую руку от Разиной стоял долговязый Тодор. Его защитный костюм был пошит на манер кардигана, расклешенные брюки из прорезиненной ткани украшены золотыми лампасами, а на каждом противогазном фильтре посверкивало по крупному бриллианту. Голову его прикрывала бейсболка, от пестрых цветов которой рябило в глазах.
Справа стояла Раиса. Костюм ее был предельно прост и почти ничем не отличался от защитных одежд обычных обитателей Жуковки. О его принадлежности к гардеробу жуковский элиты говорили всего лишь пара десятков страз на груди и рукавах.
– Почему они все так суетятся, Тодор? – поинтересовалась Алина Брониславовна тоном энтомолога, который рассматривает через лупу насекомых. – Бегают, бегают и… странное дело – не замечают меня.
– Они замечают, – ответила вместо Тодора Раиса. – Только сейчас у этих парней слишком много дел. Вы слышите выстрелы?
– А я думала, это гром, – мечтательно произнесла Разина. – Майский гром. Сейчас ведь май? Хорошо бы еще увидеть грозу и постоять чуточку под проливным дождем. Помнишь, Тодор, как в две тысячи…
– Он помнит, – поморщилась Раиса. – Алина Брониславовна, вам надо собраться. Какие, на хрен, грозы-дожди? Это Коробцов, Черкес и Бронкс атакуют Жуковку. А мы должны им помочь. Тодор, объясни своей хозяйке, что пришло время действовать, и действовать безотлагательно. Сейчас или никогда. Напомни, что место в саркофаге Пирамиды еще надо заслужить!
– Бронкс. Черкес. Я помню этих мальчиков. Если не ошибаюсь, Черкес когда-то занял первое место на «Евровидении», а Мистер Бронкс был выпускником моей «Фабрики звезд». Он, кажется, работает в стиле рэп-хип-хоп-айрн-би?
Тодор наклонился и что-то зашептал примадонне в ухо.
Алина Брониславовна кивнула.
– Ах, да. Совсем забыла. Надо заняться этим мужланом Корниловым. Поверхность так утомляет! Слишком яркий свет, суета. Кажется, у меня разыгралась мигрень… И еще. Где это мы? Тут написано «Жукоффка Плаза», но я помню «Плазу». Здание никогда не выглядело так вульгарно.
– Той «Плазы» давно уж нет, а эта названа в честь торгового дома, который вы помните, – раздраженно пояснила Раиса.
– Вот как? Интересненько. Спустимся вниз. Вы, милочка, с нами?
– А куда я денусь?
Спуск в любимый примадонной овальный кабинет длился не меньше двадцати минут. Алина Брониславовна несколько раз останавливалась, чтобы передохнуть, и дважды перекуривала, чем довела Раису до белого каления. Проклиная старую маразматичку и ее медлительность, пышногрудая львица обогнала процессию, первой войдя в подземную обитель Разиной, и застыла от изумления. За столом, крытым зеленым сукном сидел вертлявый Ромочка. На карты в своей руке он смотрел, как баран на новые ворота, щурил глаза и поджимал губы. Рядом задумчиво морщил лоб Михаил. Вольдемар с традиционной гримасой вечного недовольства на лице нервно сдвигал и раздвигал веер своих карт. Вся троица нет-нет, да искоса поглядывала на человека во главе стола, осмелившегося занять кресло Алины Брониславовны. Мужчина в черном свитере и вязаной спецназовской шапке с прорезями для глаз и рта исполнял роль банкомета. Увидев Раису, он положил колоду на стол и приветливо кивнул:
– Наша союзница из Барвихи. А вы, Раиса, ничуть не постарели. Красота – по-прежнему страшная сила. Присаживайтесь.
Зардевшаяся от комплимента Раиса села.
– Здравствуйте, Конструктор.
– А где наша милейшая примадонна? Мне сказали, что она решила совершить прогулку по поверхности. Совсем себя не бережет.
– Идет, – с издевкой буркнула Раиса. – Медленно, но верно. Если все будет нормально, и толстуха не свалится с лестницы, то явится через пару минут.
Вольдемар пошарил в кармане пиджака, выудил плоскую фляжку, отвинтил пробку и сделал внушительный глоток.
– Фу-у-у. Слышь, Конструктор, мы будем доигрывать, или как?
– Не будем, друзья мои, не будем. Сейчас начинается совсем другая игра… А вот и наша Алиночка! – Конструктор встал, подошел к Разиной, галантно поцеловал ей руку и достал из кармана брюк маленькую стеклянную бутылку. – Черкес передал мне твою просьбу. Как здоровье, моя дорогая? Вид у тебя усталый. Ну и зачем было выходить на поверхность? Но ничего, Хила сварганил одну чудную микстурку. Она тебя взбодрит. Держи и пей. Прямо из горлышка. Так-так. Вот молодчина!
