Все рассмеялись шутке Джоэла. Линда потянула мужа за руку, и тот растерянно посмотрел на нее. Она кивнула в сторону двери, намекая на то, что пора проверить детей.
Джоэл вздохнул.
- Время надзора. Правда, Линда?
- Да, - ответила та, резко обернувшись.
С банкой пива в руке Джоэл подошел к двери, выглянув наружу. Свет в палатке был потушен. Вокруг все было спокойно.
- Наконец-то уснули, - пробормотал он, и повернувшись, громко объявил: - Ребята, дети наконец-то спят. Я всерьез думал, что не дождусь этого.
- В чем дело, старик? Думаешь, раз дети заснули, сам можешь отправится на боковую? – крикнул ему Тони.
- Нет, старик, нет. Я просто не хотел, чтобы наши дети видели, как Вэл будет поддерживать тебя, пока ты блюешь. Это будет немного неловко, чувак.
Мужчины продолжали обмениваться колкостями. Джоэл сосредоточился исключительно на споре с Тони, повернувшись спиной к открытой двери, и не заметил, как по поляне проскользнула тень.
Мужчина обошел палатку. Черты его лица сливались в темноте, но его грузная фигура выделялась на фоне теней. Его было видно издалека, и Джоэл заметил бы того, если бы не был так пьян и более внимателен.
С каждым шагом человек встряхивал красную канистру с бензином и выплескивал топливо на палатку. Потом зажег спичку и бросил ее на палатку, отойдя в сторону.
В мгновения ока палатка вспыхнула, превратившись в огненный шар. Пламя взвилось, добравшись до ветвей деревьев, под которыми была разбита палатка, взлетев более чем на три метра ввысь.
Дети закричали, почувствовав сильный жар от ревущего пламени. Сбившись в центре палатки, они кашляли и задыхались, пытаясь отдышаться, чувствуя себя так, словно их затолкали в горящую печь, где они сгорали заживо.
Они пытались открыть полог, но палатка была охвачена пламенем. Как только Диего дотронулся до молнии, его пальцы обожгло. Часть палатки обрушилась, и огонь стал пожирать спальные мешки. Пламя хлынуло на них, как волна на берег. Дым вытеснял остатки кислорода, проникал им в легкие, вызывая сильный кашель.
Эмили зажимала нос и рот ладошками, выпучив глаза от ужаса. Диего брыкался и кричал, когда загорелись его пижамные штаны. Мэтью скребся по тенту, еще не охваченному огнем, пытаясь выбраться. Крики детей эхом разносились по поляне, сливаясь с треском пламени.
- Помогите! Папа, помоги! – кричал Мэтью, откашливаясь.
Не подозревая о разыгравшейся трагедии на поляне с их детьми, не слыша их криков и треска пламени из-за громкой музыки и шумного спора с Тони, Джоэл выкрикивал в пьяном угаре:
- Да, да. Слушай, я тебе говорю. Я могу победить тебя в армрестлинге, я могу победить тебя в перетягивании каната, и я уже победил тебя в борьбе за лидерство. Я имею в виду, что еще может...
На середине предложения Джоэл замолчал и нахмурил брови. Краем уха он услышал детский плач, сопровождаемый треском. Обернувшись, он потрясенно выпучил глаза, с ужасом взирая на горящую палатку.
- Пожар! - крикнул Джоэл, и, спотыкаясь, стал спускаться по лестнице. Поскальзываясь на грязи и влажной траве, он бросился к палатке, не прекращая кричать: - Палатка горит! Несите огнетушитель! Там пожар, черт возьми!
Остальные переглянулись, застыв на секунду - секунду, показавшуюся вечностью. На мгновение растерявшись, они с ужасом осознали весь кошмар положения. Линда и Валентина побежали к двери, а Тони бросился к шкафу под раковиной. Женщины выскочили из трейлера, в панике глядя на охваченную пламенем палатку с их детьми. Джоэл кричал, звал детей, беспомощно бегая вокруг палатки.
Тони схватил огнетушитель и бросился наружу. Несмотря на то, что он еще в трейлере осознал серьезность положения, ревущая в пламени палатка застала его врасплох. С колотящимся сердцем, слезящимися глазами и на подкашивающихся ногах, он бросился через поляну. В голове промелькнул образ Диего, его сына, его плоти и крови. Он даже в мыслях не допускал, что тот мог пострадать.
Тони подбежал к Джоэлу и распылил огнетушитель на пламя. Джоэл в это время размахивал своей курткой, пытаясь сбить пламя. Крики в палатке были слабыми и задыхающимися. Тело Мэтью уже обуглилось, скорчившись на полу палатки. Огонь охватил спальный мешок, в который куталась Эмили, убив и ее.
Диего, охваченный пламенем, стонал, выбираясь из горящей палатки. Все его тело пылало огнем. Кожа на мальчике обуглилась, почернела и потрескалась. Из трещин на коже сочилась кровь. Горящие волосы потрескивали, скручиваясь и догорая. Глаза были абсолютно белыми. Он отшатнулся от палатки и рухнул рядом с мужчинами.
- Диего! О, Боже! – все себя от горя закричал Тони.
Он направил огнетушитель на своего сына. Пламя быстро погасло в белой струе, но было уже слишком поздно. Диего умер у ног своего отца.
