— Всего доброго, Михаил Викторович! — произнес я, поднимаясь.
Вопреки моему ожиданию он не стал меня удерживать. Мне даже удалось выйти из кабинета, когда он меня всё же догнал.
— Ну, что же вы такой резкий, Евгений Георгиевич! — выговаривал мне, отдуваясь, Михаил Викторович, поворачивая меня обратно, — Ну, не понравились вам условия, так их всегда можно обсудить.
Мне даже хмыкать не хотелось. Настолько дешевый спектакль был разыгран. Вначале даже не попытался меня задержать, рассчитывая сбить цену, а потом всё же вернул. Видимо, упускать меня никак нельзя. Что ж, это надо будет учесть.
— У меня требования от контракта с точностью до наоборот.
— То есть? — мой собеседник сделал вид, что не понял.
— То есть, увеличение суммы контракта в два раза.
— Ну, знаете ли! — надулся Михаил Викторович, — Это ни в какие ворота не лезет.
Дальше мы довольно долго торговались, я еще несколько раз уходил, он еще несколько раз меня возвращал, один раз даже в лифте уехал. Пока ехал, думал, не перегнул ли я палку, но на выходе из лифта меня поджидала девушка, которая отводила вниз, и попросила вернуться. В результате наши торги завершились на четырех тысячах трехстах восьмидесяти евро в месяц, оплате моего переезда в подмосковный санаторий корпорации и приборе для проверки почты из игры. Правда, контракт действовал только до моего восемнадцатилетия. А вот после дня рождения придется заключать новый контракт, правда, уже на обычных условиях.
Все наши договоренности были четко зафиксированы в договоре, правда вся ответственность за участие в проекте до восемнадцати лет возлагалась на меня, но зато и условия по нашему договору у меня были лучше, чем у многих.
— Евгений Георгиевич, очень приятно было с вами познакомиться. Еще более приятно было иметь с вами дело, держу пари, навык торговли в игре вы явно открыли самостоятельно и добились в нем немалых успехов.
— Мне тоже было очень приятно познакомиться.
— Евгений Георгиевич, отправление отсюда в аэропорт на самолет до Москвы, к вашему санаторию, состоится завтра в девять ноль — ноль. У вас есть, где провести время до завтрашнего утра?
— К сожалению, нет. Я в этом городе не успел обзавестись недвижимостью.
— Это, наверное, даже к лучшему. Ничто не будет вас тут задерживать. Но у меня есть, чем вас обрадовать. В нашем здании вы можете воспользоваться капсулой как для входа в игру, так и для простого веб — серфинга. А завтра утром, вас разбудят, и вы спокойно отправитесь в санаторий. Как вам такое предложение?
— Прекрасно. Обязательно воспользуюсь вашим предложением.
— Ну, вот и замечательно, в таком случае пойдемте наверх, тем более, что мой рабочий день на сегодня закончился, а вас я передам в компетентные руки наших сотрудниц.
Михаил Викторович даже проводил меня до лифта и поднялся вместе со мной. Молчаливый лифтер молча вывез нас на первый этаж. После выхода из лифта мы подошли к стойке девушек.
— Катенька, у Евгения Георгиевича завтра отправление в аэропорт из нашего офиса в девять утра, и чтобы не тратить время, он предпочел остаться сегодня у нас. Не могли бы вы отвести его в зал капсул? И сказать технику, чтобы поставил пробуждение в капсуле на… Евгений Георгиевич, во сколько бы вы хотели встать?
— Пожалуй, в восемь.
— Замечательно. Так вот, пробуждение поставить на восемь часов.
— Конечно, Михаил Викторович. Пойдемте Евгений Георгиевич.
— Успехов на новом месте, — уходя, пожелал мне Михаил Викторович.
— Спасибо, до свиданья, — попрощался я.
Девушка отошла уже на пару метров в сторону капсул и дожидалась меня. Не стоит заставлять девушку ждать.
Я поспешил за ней, пристально разглядывая капсулы, мимо которых мы проходили. Заметив мой интерес, Екатерина предложила:
— Это торговый зал. Здесь предлагаются различные модификации капсул. Если хотите, вы можете их осмотреть и даже опробовать.
Я был обеими руками за. Почему бы и нет, раз имеется свободное время? Капсулы оказались самые разные. Цены тоже. Правда, основной разброс цен был от трехсот тысяч до четырех миллионов. И только одна капсула стоила целых пятнадцать миллионов. Я полежал в каждой из капсул. Больше всего мне понравилась капсула за четыре миллиона. Мда, только вот сумма эта для меня была совершенно нереальной. Зато капсула была настолько удобной, что куда там детдомовским. В этой капсуле ложе будто обнимало тело, мягко его поддерживая. Капсула же за пятнадцать миллионов меня совершенно разочаровала. Вся поверхность ложа в ней была покрыта какими‑то пупырышками. Не могу сказать, что на них было удобно лежать, скорее наоборот.
Екатерина тем временем меня просвещала:
— У всех капсул есть предел допустимого одномоментного погружения. Причем, чем капсула удобнее и соответственно дороже, тем этот предел больше. Но на данный момент, корпорация всё же настоятельно не рекомендует пользоваться капсулой более одних суток, несмотря на ограничения капсул.
— Почему?
