В брошюре рассказывается о судебном процессе над арестованным в 1957 году в Нью — Йорке американскими властями советским разведчиком полковником Р. И. Абелем. Автор брошюры показывает, как американские суды в течение трех лет, грубо попирая элементарные нормы судопроизводства США, завершили этот процесс осуждением Абеля к 30 годам тюремного заключения. Не сумев сломить мужества Абеля, власти США вынуждены были согласиться обменять его на осужденного в СССР американского шпиона Пауэрса. Книга генерал — майора КГБ Арсения Васильевича Тишкова (1909–1979) о судебном процессе над выдающимся советским разведчиком Рудольфом Абелем (Вильямом Генриховичем Фишером, 1903–1971), об его пребывании в тюрьме и о последующем обмене на американского летчика Пауэрса. Издание адресовано широкому кругу читателей.
21 июня 1957 г. в Нью — Йорке был арестован советский разведчик — чекист Рудольф Иванович Абель.
Дело Абеля тянулось в различных судебных инстанциях около трех лет. Вокруг процесса Абеля печать США и других капиталистических стран подняла большую антисоветскую шумиху. А когда Верховный суд. США подтвердил приговор первой инстанции, осудившей Абеля на тридцать лет тюремного заключения, газеты напечатали текст заявления его адвоката Джеймса Донована. Вот что он гласил: «Сам факт, что в Соединенных Штатах Абель был подвергнут всей должной законной процедуре, имеет и здесь и за железным занавесом гораздо большее значение, чем конкретный исход дела».
Откровенно до цинизма. Конкретный исход дела для подзащитного имеет, по Доновану, меньшее значение, чем пропагандистский эффект, который может принести США «законная процедура» над Абелем.
Позднее, в 1964 году, Донован издал книгу «Незнакомцы на мосту. Дело полковника Абеля» [1].
Основой для его книги послужили материалы предварительного следствия, судебные протоколы, дневник, который вел Донован, будучи адвокатом Абеля, его переписка со своим подзащитным и с министерством юстиции США, Таким образом, книга Донована, если отбросить его рассуждения и оценки, носит документальный характер, довольно полно и точно отражает ход процесса, а также сопутствующие ему события и факты. Книга по существу была предназначена восхвалению «демократичности» и «справедливости» американского суда. Однако те фактические данные, которые Донован как защитник Абеля вынужден был приводить на суде, а затем повторить в своей книге начисто опровергают этот миф.
Имя Абеля — мужественного советского разведчика— широко известно у нас в стране. Он выступал в кино (пролог фильма «Мертвый сезон»), в советских газетах и журналах.
В настоящем издании дано подробное освещение судебного процесса, носившего официальное наименование «Правительство Соединенных Штатов против Рудольфа И. Абеля». Автором использованы и обобщены материалы, содержащиеся в книге Донована и в советской печати. Фактическая сторона дела уточнялась с самим Абелем. Им же выполнены и иллюстрации, помещенные в данной брошюре.
В Нью — Йорке, по соседству с Бруклинским мостом, где с грохотом движется нескончаемый поток машин, расположена Фултон — стрит. Там, на верхнем этаже дома № 252, в декабре 1953 года открыл свою студию художник Эмиль Голдфус. Это был одинокий, пожилой человек лет пятидесяти, с острыми чертами лица и большим черепом, украшенным солидной лысиной. Примечательным в его внешности, пожалуй, был только проницательный взгляд серых глаз, всегда внимательно и сосредоточенно смотревших сквозь очки на собеседника.
Голдфус вел тихую, скромную жизнь. Дела его, по — видимому, шли не очень хорошо. Об этом говорила и поношенная одежда, правда, всегда хорошо вычищенная и отглаженная, и обстановка его студии, где художник жил и работал. Там было много картин, сюжеты которых в основном были взяты из жизни бедных кварталов Нью — Йорка, и самая необходимая дешевая мебель.
Но у Голдфуса были небольшие сбережения, а когда живопись не могла его прокормить, он принимался за фотографию. Все это давало ему возможность не залезать в долги и аккуратно платить за свою квартиру — студию.
Тихий нрав, приветливость и готовность всегда оказать небольшую услугу или помощь снискали Голдфусу уважение соседей и хозяина дома.
Время от времени Голдфус отлучался на несколько дней из своей студии. Часто это просто проходило незамеченным. Соседи на его отсутствие не обращали внимания. Вероятно, опять поехал на этюды.
Но когда Голдфус уезжал с Фултон — стрит, расположенной в Бруклине, то в другом районе Нью — Йорка, в Манхэттене, в небольшом отеле «Латам», появлялся удивительно похожий на него мистер Мартин Коллинз. Он снимал скромный недорогой номер за двадцать девять долларов в неделю, но бывал в нем мало — часто приходил только ночевать. Никто не знал, чем он, собственно, занимается; служащие отеля считали Коллинза мелким бизнесменом, навещавшим Нью — Йорк по своим делам.
Однажды, ранним июньским утром, стук в дверь разбудил Коллинза, безмятежно спавшего в своем номере. Была душная ночь, и он спал раздетым.
— Кто там?
— Мартин Коллинз? — негромко произнес чей-то вкрадчивый голос.
Не одеваясь, Коллинз приоткрыл дверь, чтобы узнать, в чем дело. И тут же отлетел в сторону. В комнату ворвались три человека в штатском.
— Хелло, полковник! Мы знаем, кто вы, знаем, зачем приехали и что делали здесь, — сказал один из них.
— Меня зовут Фелан. А это Гэмбер и Бласко. Мы из Федерального бюро расследований и желаем с вами поговорить.
Все трое показали свои удостоверения, вставленные в обложки, предложили Коллинзу сесть на кровать и ответить на их вопросы.
Абель (это был он) встретил внезапное вторжение внешне спокойно. Прежде всего, он попросил разрешения одеться, но ему в этом было отказано.
