Руфанна Элдер полностью

ДОКТОР УЛЬРИХ: Прости, что не встаю. Разумеется помню. Ты сын Агнессы!

ДЖЕК: (с приятным удивлением поправляет доктора) Внук!

ДОКТОР УЛЬРИХ: Конечно, конечно. Садись. Выпьешь что-нибудь?

ДЖЕК: О, нет, спасибо… (замечает разочарование, промелькнувшее в лице доктора) Может быть позже, если вы сами будете.

ДОКТОР УЛЬРИХ: (задумчиво) Да, позже, позже. Твой приход, Джек, как дуновение свежего воздуха. Я вот уже сетовал Теду, что все мои пациенты разъехались и покинули меня. Мало кто ко мне теперь приходит. А ведь когда-то приемная у меня бывала полна народу. Шум, толкотня, разговоры наперебой, смех, и даже песни. Говорили, больным делалось лучше уже оттого, что они сюда приходили… а вот теперь… в последние годы… но будет, ты ведь пришел по делу. Историческое Общество. Ты занимаешься историческими исследованиями?

ДЖЕК: Только в свободное время. Я бухгалтер на рафинадном заводе.

ДОКТОР УЛЬРИХ: И эта работа тебе по душе?

ДЖЕК: Ну, как говорит мама, это лучше, чем околачиваться без дела.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Ты не женат?

ДЖЕК: Нет, не с моим жалованием.

ДОКТОР УЛЬРИХ: (довольно мрачно) Насчет того имени, что передал мне Тед. Имя, которое ты ему назвал.

ДЖЕК: (с беспокойством) Да?

ДОКТОР УЛЬРИХ: Скажи, он ничего не перепутал и не ослышался? А?

ДЖЕК: Нет, он записал все правильно, (оглядывается на Теда) Руфанна Элдер.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Но Джек, не лучше ли хранить эти воспоминания только в самой глубине наших душ, и никогда их не тревожить. Однако, послушай, ты ведь слишком молод, чтобы ты мог ее знать.

ДЖЕК: Не совсем так, доктор. Мне случалось ее видеть, когда в погожие дни она сидела у себя на крыльце. В первый раз, когда я проходил мимо — уже вечерело — я принял ее за совсем молодую женщину.

ДОКТОР УЛЬРИХ: (поддерживая его слова) И это не удивительно!

ДЖЕК: Почему вы так считаете?

ДОКТОР УЛЬРИХ: Потому что Руфанна выглядела юной до последнего дня. Еще очень долго после того, как… как случилось то, что случилось, она продолжала сидеть всегда на том же месте и с виду оставалась ничуть не старше, чем в тот год, когда она была королевой выпускного бала. Наши местные прозвали ее Дрёмушка!

ДЖЕК: Да! Именно. О, как жалко, что когда все это происходило, я еще не родился.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Когда все это происходило? Ты понимаешь, что говоришь, Джек?

ДЖЕК: Может быть, а может, и нет. Однако то время, с его событиями, предстает мне реальнее, чем наше.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Но мне все же непонятно, почему тебе… а вернее, я не представляю, почему Историческому Обществу стала интересна история Руфанны Элдер. Ведь те из нас, кто по-настоящему знал Руфанну, хранят память о ней здесь. (указывает рукой на сердце)

ДЖЕК: На этот счет я вам должен кое-в-чем сознаться, доктор Ульрих. Боюсь, я интересуюсь жизнью Руфанны не для Исторического Общества, а исключительно для себя.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Я понял это сразу, как только ты сюда вошел, Джек. Ты не похож на этих скучных сухарей архивариусов. Да и ее история по сути своей поэзия, а не материал для пыльных архивов.

ДЖЕК: Если вы мне ее поведаете, я обещаю, что буду таким же надежным ее хранителем, каким все это время были вы сами. И если я ее запишу, то только для вас и для меня.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Тед, будь добр, сходи на кухню и принеси-ка нам по чашке свежего шоколада, что ты недавно приготовил. Не откажешься, Джек? (Джек кивает.)

ДЖЕК: (словно обращается к самому себе, словно поет соло в церкви) Я, можно сказать, влюбился в Руфанну Элдер, когда стал разбирать ежегодные фотографии из давних-давних школьных альбомов. На их она была королевой выпускного бала, а на некоторых снимках рядом с ней, надо думать, был Джесс Ференс.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Ах да, Джесс. Мальчик, за которого она должна была выйти.

ДЖЕК: Именно. И знаете, я подумал, что они затмили бы собой любых кинозвезд! Они и сами запросто могли бы стать звездами.

Входит Тед, неся поднос с горячим шоколадом. После того, как он подает каждому чашку, к нему обращается доктор Ульрих.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Ты тоже, Тед, садись и присоединяйся к нам, если хочешь.

ТЕД: Надеюсь, док, вас все это не слишком расстроит, а то вон что с вами сделалось, когда я назвал это имя — Руфанна Элдер.

ДОКТОР УЛЬРИХ: Ну полно, полно, Тед. (Обращаясь к Джеку) Тед не очень-то большой поклонник таких историй, как наш рассказ о Руфанне и о Джессе, и конечно, о том другом мальчике.