Он смотрел на своего убийцу, понимая, что это конец.
— Прошу, только… Не тронь… детенышей.
Его веки захлопнулись, а тело навсегда обмякло. Ивор нахмурился, поднимая взор к небу. Он заподозрил неладное еще в самом начале. Как во внутреннем мире могло находиться столько различных зверей, к тому же, многие из них отличались разумностью.
— Дедуль! Тебе бы объясниться. Я действительно во внутреннем мире Студеного Декабря?
По небу раздался раскатистый смех.
— А даже если и нет? Что тогда?
— Тогда я просто убивал духовных зверей? Просто так опустошал какой-то лес? Это совершенно неправильно!
— Интересно, и что же ты чувствуешь по этому поводу?
— Я не… Ничего. Почему я должен что-то чувствовать. Это просто неприемлемо. Каждый зверь имеет право на жизнь, никто не в праве отнимать ее просто так. Ни сам, ни по чьей-либо указке. Жизнь имеет ценность. Ты не имел права давать мне указание на истребление этих зверей.
— А кто же тогда имел?
— Никто! В том то и дело! Если то необходимость выживания — охоться, убивай, но не более, чем ты сможешь съесть. Если на тебя напали, убей, чтобы выйти живым. На то всегда должна быть весомая причина. Но истребление целого леса без единой на то причины! Я не готов стерпеть это.
— Но ты уже это сделал.
— Ты обманул меня!!!
Ивор поднял голос. Внутри своей груди он чувствовал необъяснимый жар.
— И что ты чувствуешь? Обиду? Злость? Ярость? Может что-либо еще?
А что он чувствовал? Сложно было сказать. После того, как сфера притупила его эмоции, он практически ничего не ощущал. До того прикосновения с Лилией во время ее боевой техники. И сейчас он чувствовал далекие отголоски каких-то чувств, но совершенно не понимал, что это и зачем оно существует.
— Я не знаю, что я чувствую.
— Но что-то есть, я прав? Необъяснимое, далеко в глубине. Сфера забрала их, но ты все еще можешь их ощутить, приблизиться к ним, а значит не все потеряно. Значит ты еще человек, а не бездушная кукла.
Великий Кузнец сделал многозначительную паузу, что-то промычав он глубоко выдохнул. Кажется, старик был весьма доволен результатом.
— Второе испытание пройдено, мой юный друг.
— Ты так и не ответил. Виверн был настоящим? Не иллюзией твоего внутреннего мира?
— Не торопись, малец. Дай договорить. Третье испытание тоже пройдено. Ты доказал, что даже в отсутствии эмоций, твои моральные принципы крепки. Ты следуешь своим убеждениям. Они человечны и справедливы, ровно настолько, насколько это возможно в нынешнем мире, а значит, ты достоин обладать Студеным Декабрем. Что же до Виверна и остальных животных. Это лишь иллюзия моего внутреннего мира. Скажем так, это те далекие воспоминания, о которых даже я уже помню с трудом.
Ивор подошел к Виверну и коснулся ладонью его груди.
— Даже для воспоминания. Ты отличный боец.
— Итак, я прошел. Значит самое время, тебе рассказать, как спасти эту девушку.
Ивор уже снял Лилию с высокого тополя и крепко держал на руках.
Взгляд девушки дрогнул. Первый вопрос, который задал Ивор был не про великую силу артефакта Потерянной Эры, а про нее.
— Я расскажу, не торопись, для начала позволь мне наградить твои старания. Как ты уже знаешь, Студеный Декабрь не такой кладенец, как все остальные. В нем содержится большая часть моей души. И, желая уйти на покой, я прошу тебя об услуге. Ты прошел испытания, далее подчинишь себе Декабрь, а значит моя услуга будет выполнена. Посему, в качестве награды за услугу, я дам тебе особые жилы.
— Особые жилы? Чем плохи мои?
— Это жилы практиков времен, что вы называете Потерянной Эрой. Я не мог не заметить, что нынешнее поколение куда слабее моего. В основном, конечно, из-за каналов, по которым течет энергия. Пусть твои и укреплены, ты открыл десятую стадию. Ту, на которую ступали лишь мои современники, но это ничего не значит, ведь у тебя нет жил тех практиков, да и тело не укреплено. Можешь считать это моим наследием, что я тебе подарю.
Ивор смотрел на мелькающий в небе голубоватый огонек, каждое слово вызывало колебания этого огонька.
— Хорошо. — кивнул Ивор и решительно посмотрел в небо.
— У тебя будет семь дней, чтобы слиться с особыми жилами. После этого я расскажу, как ты можешь вылечить ее, однако, в течение этих семи дней ты должен выровнять свои внутренние силы, подготовить их к прорыву на следующий этап.
— Но мне говорили, что прорыв невозможен без…
— Все в порядке. Ты поймешь позже. За девушку не беспокойся, я пригляжу за ней и замедлю действие яда.
Голос Великого Кузнеца затих, а с неба прилетело пятнышко голубого цвета, которое медленно коснулось Ивора между бровями и растворилось в его голове.
Как только это произошло, Ивор почувствовал, как его внутренние жилы напрочь замерзли. Будто ледяное море окутало их, навечно заковывая в свою холодную тюрьму. Благодаря водному узлу сердца он медленно зафиксировал бушующую стихию и не дал ей хаотично распространится по всему телу.
