— Тц… Ну да, я испытываю некоторые проблемы с тем, чтобы пропустить через него свою энергию. Не привык еще. Я видел, как один парень использует пламенный меч того же порядка, они будто единое целое, я такого единения пока не достиг.
— Так потому что ты смотришь на него, как на вещь. А ты расценивай наплечник, как напарника, советуйся с ним, позволяй немного своевольничать. Ну и… сейчас.
Рисбо вытащил маленькую иглу и провел под складкой наплечника. Ивор почувствовал, как тонкий укол первобытной энергии точным разрядом попал в какое-то труднодоступное место.
Внезапно все тело Ивора покрыло ледяной энергией. Но она была не жестокой, а наоборот мягкой и приятной. Духовная сила переливалась бело-голубыми цветами, завораживая своей красотой.
— Ого, сейчас намного лучше, что ты сделал?
— А, не бери в голову. Какой-то идиот поставил блок на проход энергии, видимо, чтобы ты…
Энергия в Студеном Декабре продолжала возрастать, пока наконец Ивор не потерял контроль.
Ледяные вихри в его теле запульсировали и заставляли кровь останавливаться. Сердце билось все медленнее.
Его тело замерзало, погружаясь в глубокий сон. Разум еще некоторое время действовал. Последнее, о чем он подумал, прежде чем впасть в состояние, подобное тому, что он испытал впервые, получив Морозную сферу Абсолютного Льда, было проклятье навьего хазара.
Все произошло всего за четверть вдоха, поэтому сложно было предугадать такой исход.
Рисбо стоял в недоумении. Лицо его побледнело так, словно он был мертвецом. Сердце сжалось от страха.
— О нет. Нет-нет-нет-нет! Я убил его. Твою же мать, да как так-то. Эй! Ивор, слышишь, и…извини. Я не хотел тебя убивать.
Он стучал по ледяному гробу, но юноша внутри молчал. Он уже впал в то состояние, когда никто извне не может повлиять на него.
— А может он растает? Тогда надо ли мне посидеть тут и подождать? Нет, конечно я могу убежать, но куда бежать-то? С ним хоть есть шансы на выживание. О, великий Хан Тенгри, прошу, дай знак, пусть я и не овладел твоим искусством, но прошу, скажи, что мне делать?
То ли случайность, то ли забавная закономерность, но именно в этот момент на ночном небе зажглась полярная путеводная звезда.
Рисбо посчитал это достаточным знаком, чтобы остаться возле ледяного гроба до утра.
Ивор оказался перед заснеженным замком, который выглядел, как величественное произведение архитектуры. Каждая деталь замка потрясала своей красотой и выражала всю глубокую власть и невероятную силу своего обладателя. Среди глухой зимней долины, в которой не было совершенно ничего, кроме этого исполинского сооружения, Ивор стоял в абсолютном одиночестве. Ни голоса Звездочки в его голове, ни Новы. Даже внутренний мир посетить было невозможно, будто что-то закрывало путь туда.
— Где я? — произнес он в пустоту.
Его слова хоть и были громкими, но их полностью поглотил зимний ветер, метущий снега.
Удивительно, что Ивор совсем не ощущал холода, несмотря на то, что был в одной легкой тунике. Даже наоборот, ветер был ему приятен.
Он медленно двинулся к замку, который состоял из основного здания и высоких башен с острыми шпилями: две по бокам и одна позади.
Двери замка, украшенные витиеватыми линиями, словно изморозь на стекле, были громадными и тяжелыми на вид. Тем не менее, толкнув их, Ивор обнаружил, что они с легкостью отворились.
Внутренние залы были выстроены полностью изо льда. Вся мебель, пол, стены. Кроме, пожалуй, флагов и гобеленов, те были из каких-то дорогих шелков.
В противоположном конце зала, стоял ледяной трон, который полностью был увешан бархатными одеялами. А на троне восседала Она.
Сине-голубые волосы, будто покрытые инеем, чуть ниже плеч, образовывали легкие завитки в виде полумесяцев. Кожа ее белая и столь же холодная, как снег, а ярко-бирюзовые глаза, с игривым блеском похожи на два сапфира.
Ледяные одежды девушки спускались до самого пола и были расписаны тем же узором, который красовался на огромных дверях в замок. Диадема с инкрустированными сапфирами плотным ледяным металлом окружала верх ее головы. На шее несколькими подвязками крепился белый плотный плащ с большим меховым воротом.
Весь вид ее был словно прекрасное наваждение. Словно катарсис, пришедший после длительной смертельной тоски.
То был второй раз, когда Ивор что-то почувствовал, после касания боевого ража Лилии.
И сердце его замерло.
— Ну здравствуй, Малыш. Я не ждала тебя так рано.
— Ну здравствуй, Малыш. Я не ждала тебя так рано.
— Но ты говорила в прошлую встречу, что она последняя и твой фрагмент души растворился из сферы.
Ивор с недоумением смотрел на Богиню Зимы и Смерти перед ним. Про себя он отметил, что она в разы привлекательнее, чем ранее. И вот эта коленка, выглядывающая из-под белого плаща, приманивала взгляд даже больше, чем очаровательные сапфировые глаза. Но кто он такой, чтобы смотреть подобным взглядом на богиню.
— Малыш, тебя разве не учили, что к богам нужно. Больше. Уважения. — последние слова богиня отчеканила громко и отчетливо, а ее тяжелейшая аура покрыла весь замок.
