«ЯНСЕН. Позвольте откланяться, генерал. Я удовлетворен нашей встречей.
МЮЙР. Ступайте, Юрген, ступайте. Не могу сказать, что это был очень интересный разговор. Но он меня немного развлек».
Янсен свалил.
«Вот так, Карл Вольдемар. И это лучший мой ученик! И он еще обижается, когда его называют чухней!
Давай помолчим, Карл Вольдемар. Мне еще предстоит разговор с Томасом Ребане. И мне не хотелось бы нечаянно себя выдать. В большой игре, Карл Вольдемар, нет мелочей. А у нас сейчас очень большая игра».
И тут пришел я.
Серж, я не буду делать расшифровку этого разговора. Во-первых, ты при нем присутствовал. Во-вторых, он идет на русском языке, и ты сможешь его послушать, если захочешь. Только одно место в нем мне непонятно. Вот оно:
«Я. И что мне теперь делать с этими бумагами?
МЮЙР. Вам скажут. Вам все объяснит господин Юрген Янсен. Дам только один совет. Эти бумаги не имеют никакой ценности без вас. А вы — без них».
Мне тут вот что неясно. Почему купчие дедули не имеют ценности без меня, это понятно. Если нет наследника, нет и наследства, потому что некому его получать. А почему я не имею никакой ценности без них? Не понимаю. Ты понимаешь?
После того, как мы ушли, Мюйр еще немного поговорил с котом, а потом сделал телефонный звонок:
«Могу я попросить Розу Марковну?.. Добрый вечер, Роза… Да, это я… Нет, нет, со мной все в порядке… Вы не могли бы навестить меня?.. Когда вам будет удобно. Лучше завтра… В первой половине дня? Очень хорошо, я буду вас ждать. Не обманите моих ожиданий. Детей и стариков нельзя обманывать. Это большой грех».
Серж, а ведь я знаю, кому дедуля завещал свою долбанную недвижимость. Розе Марковне Штейн. Точно. Она же его дочь. Она мне сама об этом сказала. Когда Янсен навязывал мне дедулю. Она еще сказала, что я вляпался в историю, от которой тянет смрадом могильного склепа. И посоветовала делать ноги, пока не поздно. Но уже было поздно.
А могильный камень на кладбище в Аугсбурге? На нем было: «Агния Штейн». Я вам еще тогда сказал, что это мать Розы Марковны. Неужели он хочет отдать ей завещание? Свежо питание, но серется с трудом. А тогда зачем он просит ее приехать?
Сейчас я пообедаю и продолжу.
Продолжаю. Это он уже разговаривает на другой день. Пожаловался коту, что плохо спал. Потом послушал по телевизору последние известия. Потом выключил телевизор. Потом пришла Роза Марковна.