Хикс двигался по комнате быстро и бесшумно. Ящики письменного стола были не заперты, однако среди их содержимого пресловутой пластинки не оказалось. В ящиках шифоньера тоже ничего, как и на полках большого платяного шкафа. На книжных полках лежали аккуратные стопки научных журналов. Хикс заглянул в просвет между ними. Пусто. Он посмотрел на кровать. И тоже ничего криминального. Тогда Хикс принялся вынимать книжки одну за другой, чтобы проверить, не спрятано ли что-то за ними. Но внезапно остановился и, выругавшись себе под нос, сел в кресло перед письменным столом.
«Нет, – подумал Хикс. – Мартышкин труд. Во-первых, нет никаких оснований считать, что пластинка спрятана у Брагера в комнате, а во-вторых, во время поисков следует полагаться не на ловкость рук, а на логику. Если бы Брагер захотел спрятать у себя плоский круглый предмет, как бы он поступил?» Хикс осмотрелся вокруг и после недолгого раздумья обнаружил, что ответ находится прямо у него под рукой, лежащей на бюваре с тремя слоями промокательной бумаги сверху. Итак, снимите верхний слой промокательной бумаги. Прорежьте дырку в двух нижних слоях и вставьте туда пластинку. Верните на место верхний слой промокательной бумаги. Попросите миссис Пауэлл ничего не трогать на письменном столе. Идеально. При необходимости пластинку можно легко достать, и в то же время случайный человек никогда ее не обнаружит. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Даже обидно, что Брагеру не было нужды красть и прятать пластинку.
Хикс взялся за края верхнего слоя промокательной бумаги, приподнял, потянув за углы, и удивленно вытаращил глаза:
– Чтоб мне провалиться! Так вот оно как!
Под промокательной бумагой лежала отнюдь не пластинка. Дыра, прорезанная в двух нижних слоях промокательной бумаги, была не круглой, а прямоугольной, и в ней покоилась наклеенная на картон фотография, а точнее, фотография Джудит Данди – совсем как та, которой этим утром воспользовался Хикс для эксперимента с секретаршей в офисе «Рипаблик продактс». Внизу на картонной рамке каллиграфическим почерком была сделана надпись чернилами:
– Чтоб мне провалиться! – повторил Хикс.
Он прочел вирши еще раз. Мрак! Хикса даже затошнило, но лишь на мгновение: нужно было рассмотреть практическое значение четверостишия, что он и сделал, пока укладывал на место верхний слой промокательной бумаги, заправлял углы и аккуратно разглаживал поверхность. Если суетливый пучеглазый Брагер, при всей нелепости подобной ситуации, действительно столь страстно влюблен в Джудит Данди, то не лишено вероятности, что он попытался избавить любимую женщину от последствий ее опрометчивости. Короче, есть все основания полагать, что пластинка спрятана в этой самой комнате. Брагер, возможно, ее уничтожил… А возможно, и нет.
Хикс встал и огляделся кругом. За книгами? Под матрасом? Услышав чьи-то торопливые шаги, замершие под дверью, Хикс поспешно сел в кресло. Когда дверь распахнулась и в комнату вошел Герман Брагер, Хикс вальяжно откинулся на спинку кресла и широко зевнул.
Брагер остановился, вытаращив на непрошеного гостя глаза.
– Прошу прощения, – дружелюбно начал Хикс. – Вы, наверное, не ожидали меня здесь увидеть.
– Это моя комната, – нахмурился Брагер.
– Ага, знаю.
– Впрочем, я отнюдь не удивлен. В этом доме меня теперь ничего не удивляет. – Брагер присел на край кровати и неожиданно взорвался: – Я не хочу работать на этой фабрике! О да! Мне нужен тихий, мирный уголок, где я мог бы спокойно трудиться! И вот, нате вам! А ведь я по вечерам сидел на той самой террасе и наслаждался журчанием ручья!
– Но теперь там пролилась кровь. Сомневаюсь, что террасу залили кровью специально, чтобы вам досадить.
– Я этого и не утверждал. Что вы делаете в моей комнате?
– Жду вас. Хочу задать вам один вопрос.
– Я не стану отвечать. Ведь я уже ответил на тысячу дурацких вопросов там, внизу.
– Мой вопрос не дурацкий. Вопрос очень простой. Что было в портфеле, который вы в тот вечер забыли в квартире Данди?
– В моем портфеле? – насупился Брагер.
– Ага. Около месяца назад. На следующее утро Росс специально приезжал за ним в город.
– Вы спрашиваете меня, что было в том портфеле?
– Ну да.
– Кто уполномочил вас задать мне подобный вопрос?
– Миссис Данди.
– Вы лжете!
Хикс выразительно вскинул брови.
– Возможно, тут вы и правы, – согласился он. – Вчера утром она рассказала мне об этом происшествии, и мы обсудили ситуацию, хотя, полагаю, она напрямую не уполномочивала меня выяснять, что было в том портфеле. И тем не менее я взял на себя такую смелость. Я работаю на миссис Данди.
– Нет, – произнес Брагер.
– Что значит «нет»?
– Вы не работаете на миссис Данди. Вы работаете на мистера Данди.
