«Шевроле», подскакивая на ухабах, проехал через пешеходный проулок между многоэтажками (все таксисты знали этот короткий путь), повернул налево перед котельной и через полминуты резво катил по дороге, ведущей на юго-запад. Попутные и встречные автомобили можно было пересчитать по пальцам.
– Далеко отсюда?
– Не, минут десять, – беззаботно сообщил Альфред, выруливая на кольцевое шоссе.
Спустя мгновение темноту впереди них разорвал ярко-синий проблеск полицейской мигалки. В кругу света от вспыхнувших фар показалась массивная фигура с жезлом в вытянутой руке. Борис инстинктивно вжался в сиденье. «Потребуют документы, пробьют через приложение. За выход без смартфона – штраф. Спросят, куда еду. Запросят перевозчика, а моего вызова там нет. Вот это развеялся…»
Одноклассник плавно сбавил ход и затормозил прямо возле патрульного.
– Свои, офицер, – бодро доложил он, протягивая через открытое окошко свидетельство о регистрации.
– Лицензию на тачку, – буркнул полисмен, небрежно посветив фонариком внутрь салона.
– Один момент. Пожалуйста!
Альфред пошелестел бумажками, повторил свой жест. Пауза, которая последовала за ним, для Бориса вместила в себя полжизни. Сердце заколотилось часто-часто, когда полицейский наклонился к водителю, и незадачливый пассажир уловил запах его одеколона.
– Порядок. Дуй дальше.
За виадуком Борис, более-менее придя в себя, первым открыл рот.
– Слушай, Фредди, я видел или мне показалось…
– Ты думал, они святым духом питаются? Наши скромные герои, рискующие собой? Эпидемия, брат, не основание для ухода в монастырь.
Остаток пути проделали молча. «Шевроле» мягко съехал с кольцевой перед накренившимся указателем Giant со стрелкой.
– Его же закрыли вроде, – осторожно произнес Борис.
– Для кого закрыли, а для кого и открыли.
Некогда популярный центр оптовой и розничной торговли черной громадой смутно угадывался на фоне поля. Был слабо освещен только его главный вход. Обширная парковка перед зданием пустовала. Альфред миновал ее, не сбавляя скорости, и лихо свернул за угол. Остановился он с тыльной стороны, у ближнего к дороге крыла.
Серая железная дверь в сплошной бетонной стене, очевидно, раньше была служебным входом. Спутник Бориса осветил ее своим фонариком и постучал кулаком шесть раз: тремя короткими очередями по два удара. Раздался лязг металла, створка приоткрылась. На светлом фоне вырисовался темный силуэт, очертаниями напомнивший патрульного полисмена.
– С клиентом, – лаконично отрекомендовался Альфред.
Дюжий охранник с квадратными плечами и стрижкой бобриком, лицо которого до самых глаз прикрывала медицинская маска, шагнул вправо, пропуская гостей. Одет он был в новенький, с иголочки костюм и белую рубашку с бордовым галстуком, от чего Борис успел прочно и, казалось, навсегда отвыкнуть. Заперев дверь на мощный засов, образцовый секьюрити без лишних слов показал: «Следуйте за мной».
Друг за другом пройдя два десятка шагов узким коридором, они свернули влево, потом вправо и по лестнице с никелированными перилами стали спускаться в подвальный этаж. Весь путь до нее был освещен простыми лампочками без плафонов, через равные промежутки свисавшими с высокого потолка. Грубая штукатурка на стенах откровенно контрастировала с парадным облачением охранника.
Провожатый, спустившийся первым, поколдовал над цифровым замком еще одной железной двери.
– Прошу вас.
Увиденное внизу, без преувеличения, потрясло Бориса. Он будто перенесся во времена сухого закона с их шальными миллионами и кутежами до упада. Подвал бывшего торгового центра, ныне склада, вместил в себя натуральное кабаре.
За второй железной дверью, покрытой звукоизолирующим материалом, вовсю гремела музыка. С труб на потолке до самого пола свисали мохнатые гирлянды наподобие рождественских. Перемигивались разноцветные лампы. Просторный зал был по периметру заставлен длинными диванами с кучей подушек. Ближе к центру стояли столы на высоких ножках, рядом с ними – барные стулья. Свободное пространство посередине администрация превратила в танцпол.
Добрую половину стены по левую руку от входа занимала дубовая стойка, совсем как в легендарных салунах Среднего Запада. Необъятный стеллаж позади нее был заставлен бутылками всех размеров с этикетками на любой вкус. И везде сидели, стояли, лежали, ходили, приплясывали многочисленные люди – человек сто двадцать или сто тридцать, а то и больше, как навскидку определил Борис. Музыкальные номера исполнял настоящий оркестр, расположившийся на возвышении дальше за стойкой.
Всё это Борис успел различить через стеклянную перегородку полукруглого входного тамбура. Стекло было тонированным с внешней стороны, и отдыхающие не видели прибывающих посетителей. Так сказал охранник, который, попросив их задержаться, выдал обоим по карнавальной маске. Борису досталась немного карикатурная морда барана, Альфреду – крысы.
– Другие разобрали, – невозмутимо прокомментировал местный страж порядка.
– Зачем они вообще? – вырвалось у Бориса.
– Соблюдаем указ губернатора.
