Сон в президиуме
Вице-спикер депутатского собрания от оппозиционной фракции Алексей Александрович Индюков стал Валерием Витальевичем Шеиным. Не фамилию в паспорте поменял через ЗАГС, а натурально перевоплотился в председателя правительства области. Как произошло такое переселение душ, науке пока неведомо, но сбылась давняя голубая мечта Индюкова.
Подкатил новоявленный Шеин к «белому дому» на персональной машине. Идет по коридору, все с ним почтительно здороваются. Мелочь, а приятно – Индюкова тут всерьез не воспринимали. Осмотрел кабинет: ничего, гораздо просторнее прежнего. «Но ремонт всё равно надо будет сделать, несолидно мне в старых интерьерах сидеть».
Долго радоваться не пришлось: началось совещание по проекту бюджета на будущий год. Открыл папку – в глазах зарябило от цифр. Поелозил в кресле, выпил водички, чтобы успокоиться. Раньше общими фразами обходился. «Но то Индюков был, а я Шеин», – успокоил себя председатель-оппозиционер.
Стал вспоминать партийную программу. «Сколько у нас намечено шагов к светлому будущему?» Не припомнил точно, подозвал личного помощника. Хорошо, что хотя бы одного смышленого оставил, остальных шибко умных давно уволил. «Это же не я увольнял, а Индюков», – мысленно уточнил нынешний Шеин.
Примчался помощник, принес брошюрку с серпом и молотом. Когда-то сам экс-Индюков так резво бегал: то помощником, то партийным депутатом при старших товарищах из обкома, листовки с критикой режима разносил. Наконец добегался. «Хотя каким депутатом-помощником? Я не Индюков, а Шеин».
Полистал. «Требуем повысить… Настаиваем на увеличении… Необходимо наращивать…» Одна агитация, тезисы брали с потолка. Ладно, мелочиться не будем. Достал ручку с золотым пером. Так, дадим денег селянам, местному самоуправлению, молодежи… Короче, как можно больше на всё.
– Не многовато расходов на себя берем? Доходов не хватит, – осторожно заметил главный финансист.
– Я счетоводом второго разряда был, знаю, – возразил премьер. «Индюков был, не я», – запоздало пронеслось в голове.
– Давай не на пять, а на пятьдесят процентов расходы увеличим. И миллионов сто на офицеров запаса подкиньте, я сам после сборов офицером числюсь, – распорядился теперешний Шеин.
– Где же взять? – поразился финансист.
– Откуда я знаю? Поищите! Кто из нас финансами ведает, я или вы?
Пригорюнился подчиненный.
– У меня брат в Москве депутат Госдумы, без пяти минут уполномоченный по правам животных. Если что, через него решим вопрос, – утешил его Шеин-Индюков.
«Чёрт, вырвалось как неудачно. Это у Индюкова брат в Госдуме, а я Шеин. Всё равно решим как-нибудь».
– Завтра доложите о результате! – скомандовал красный премьер.
Так и надо руководить. Главное – не колебаться.
Потом он принимал делегации. Приветствия Индюков читал, как привык, по шпаргалкам. Всё равно несколько раз запнулся на слове «дифференцированный». Для восстановления сил отобедал прямо в кабинете. А затем в здании наступила странная тишина. Абсолютно все помощники запропастились куда-то. «На протестной работе», – сообщила секретарша.
– Где-где? Кто отпустил?
– На митинге они, теперь это так называется.
«Я их сам всегда отправлял, когда был вице-спикером, – осознал Алексей Александрович, ныне Виталий Валерьевич. – Я? Нет! Шеин я, не Индюков! Какая протестная работа?» Выругался: ну и нелепое же словосочетание. Потом припомнил – это ведь цитата из его собственной листовки.
Побегал в одиночестве по кабинету – одышка началась. Даже позавидовал подтянутому, спортивному Шеину. «Тьфу! Шеин – это я. Точка!» Глянул на часы: скорее бы домой…
Под окнами тем временем поднялся шум. То был митинг, на который ушли все его помощники. Пришлось и премьеру выйти на улицу, а бумага для шпаргалок в «белом доме», как назло, кончилась. И купить не на что – бюджет не утвержден. За бюджет на этот год не голосовал вице-спикер Индюков и других депутатов призывал. «Гад этот Индюков, такую свинью мне подложил. Стоп, это я Индюков. Или всё-таки Шеин?» Люди без зарплат остались, ответа требуют.
Премьер откашлялся, поправил прическу. Толпа гудит, напирает.
– Товарищи! Знаю ваши нужды…
А дальше что? Надо выкручиваться.
– Наш губернатор…
«Ой, зря про губернатора брякнул, я же системная оппозиция». Закрыл рот и сообразил вроде.
– Индюков виноват, не я! У него… то есть, у меня почетные грамоты есть, – понял, что сморозил не то.
Проснулся он в президиуме, весь в холодном поту.
– Тише ты, Алексей Александрович. Не храпи, в микрофон слышно, – сказал ему на ухо сосед.
«Как хорошо, что я не в правительстве, – с облегчением подумал вице-спикер. – Всё-таки трудно быть Шеиным, если ты Индюков».
Сколько весит бронежилет
Алексей Яковлевич потянулся.
Рассвет уже глядел в окна его квартиры на четвертом этаже блочного дома номер семнадцать по улице Коммунаров. Будильник, оттрезвонив, как всегда, затихал на столике рядом, подергиваясь и полязгивая. Было шесть утра.
