Саске сосредоточенно кивнул, оглядываясь в поисках того, чем можно было бы руки связать. С мягкой модификацией тела — глупость, конечно, но если сам санин не против немного поиграть в поддавки — почему бы и нет?
— Кабуто… участвуешь?
— Или не заметил? — огонёк на краю сознания сменил свой цвет на подозрительный.
— В чём, Саске? — широко распахнул глаза Кабуто. Он чуть щурился, будучи без очков, что придавало ему беспомощный вид.
Учиха приподнял брови, сильнее налег на спину Орочимару, распластывая того по Якуши. Ухмыльнулся.
— Вот в этом. Сенсей за.
— Размять ему спинку, что ли? — Кабуто всё ещё не въезжал.
— Хмпф… Надо ввести дополнительные уроки в план лекций. А вообще интересно, почему так удобно лежать с заломанными руками.
— У тебя гибкие суставы, — Саске потерся носом о шею санина. — Ну и на Кабуто вообще удобно лежать… может, это какая-то особая способность?
— Возможно, дело в жире. Ирьёнинском запасе на чёрный день и излишние траты, — рассеяно предположил Кабуто.
— Ага. И, как известно, наибольший запас у Тсунаде…
— В районе груди? — Учиха примерился, перехватывая запястья Орочимару одной рукой. Грубейшая ошибка, но, в конце концов, он Змея и не в боевом захвате держал. — Кабуто, тут веревки есть?
— Зачем верёвки?..
— Меня связать, — пояснил Орочимару.
— Что?! Как можно?! — Кабуто мгновенно подхватился. — Орочимару-сама верёвкой?!! Я сейчас принесу шёлковые ленты!
Саске даже умилился такому энтузиазму. Кто-то тут вовсе не настолько в стороне от событий, раз заранее ленты заготовил.
— А что это был за смех, м? — на ухо Змею вкрадчивым шепотом, пользуясь тем, что Кабуто отошел. — Проверка?
— М-м-м, не-е-ет. Подарок.
— Что за подарок? — Саске прихватил мочку зубами, легонько потянул.
— Я немного изменил конфигурацию джуина. Теперь у тебя есть доступ к моим эмоциям…
— Хм? И зачем? — Учиха от души лизнул шею санина, прислушиваясь к ощущениям от того самого «огонька».
— С-ш-ш… Я просто фанат мозгоёбства.
— О? То есть мы с Кабуто можем сейчас связать тебя лентами, а потом сесть обсуждать теорию… ну, не знаю, развития кеккей генкай в кеккей тотта?
— Я обижусь, развяжусь и отправлю вас на практике выяснять, насколько сильнее бьёт кеккей тотта по сравнению с кеккей генкаем.
— Значит, не такой уж фанат… — язык перебрался на скулу, а свободная рука — под рубашку.
— А вообще, это эталон для развития твоего таланта. Можешь считывать внешние признаки и сразу проверять, правильно ли угадал.
Несколько секунд молчания, только рука, мягко поглаживающая по животу.
— Спасибо. Я оценил, — и Саске откатился чуть в сторону, давая простор вернувшемуся Кабуто с лентами.
— Мы правда его будем связывать? — уточнил Якуши, распаковывая ленту. — А зачем?
— Ты заранее заготовил ленты и теперь спрашиваешь, зачем? — поразился Учиха.
— Нет, ленты были на складе.
— Интересно, кто их туда заготовил… Связывать будем для удовольствия… — последнее слово Саске перекатил во рту, словно сладкий леденец.
— Не понимаю, как ты собрался получать удовольствие, но ладно… Эм. Тут какие-то коробочки лежат…
— Да, посмотрите, это вам, — согласился Змей.
— Почему только я, сенсею тоже понравится… — Учиха потянулся к той коробочке, которую посчитал своей.
Вообще-то, они были одинаковыми, но было интересно даже не сколько угадать, сколько отследить по реакции Орочимару, которая кому. Вытянуть ладонь, задержать над одной… перевести к другой. Подумать немного и уверено взять ту, которая предназначалась ему. Взвесить на ладони, обвести кончиками пальцев рисунок на крышке.
Открыть.
В коробочке был браслет. Простая толстая проволока из чернёного металла заворачивалась в середине замысловатым узлом, похожим… похожим на тройной символ бесконечности. Просто узелок. Просто металл. Просто застёжка. Никаких засечек, никакой чакры.
Кабуто вытащил из другой коробочки браслет такой же модели, только чуть побольше по размеру и из серебра.
— Это… это то, о чём мы говорили?
— И когда успел только… — Саске почти зачарованно провел пальцами по металлу. — Этот символ что-то означает?
— Да, определённо. Все символы что-то означают, — Орочимару встал, чтобы с более близкого расстояния рассмотреть все эмоции.
— Вечность, вечная жизнь, бесконечность. Три бесконечности, если быть точнее, — проговорил Кабуто бесцветным тоном.
— Тебе не нравится? — обернулся Саске.
— Я… не могу сказать. Орочимару-сама, а вы уверены, то этот браслет для меня?
— Да, уверен. И размер твой, и металл. Если так коротит мозг, воспринимай это просто замысловатой полоской металла, — проговорил Змей, поцеловав его в макушку.
— И под цвет волос подходит, — Учиха справился с застежкой, очень девичьим жестом вытянул руку, разглядывая браслет. Покрутил запястьем, убеждаясь, что тот не мешает свободе движений и складыванию печатей. Мысленно отметил себе, что массивные варианты брать не стоит. — Спасибо. Мне нравится.
Кабуто немного повозился с застёжкой. Но действительно, не отказываться же. Даже если он уверен, что это какая-то глупая ошибка… хотя Орочимару-сама не ошибается. Но всё равно. Три бесконечности на его руке слились. Этого не может быть.
