- Вы видели, как он его подписывал? - спросил Люк после короткой паузы.
- Я вас не понимаю...
- Это подлог. Я никогда не давал Рексу этого чека. По имеющимся справкам, у него была масса акций Западно-Африканских приисков, большую часть которых вы купили в прошлом году за гроши. Они падали, но он продолжал их скупать.
Данти обеспокоился: Мэдиссон знал больше, чем он предполагал...
- Я сам был в ужасе от того, что Рекс покупает эти акции, я не раз ему доказывал, что...
Люк выдвинул ящик письменного стола и вынул оттуда чек. Данти не сводил глаз с его рук.
- Вы понимаете, что этот чек не в порядке? - спросил Люк.
- Не хотите ли вы этим сказать, что я знал о подлоге?
Прежде, чем Люк успел ответить, в дверь постучали. На пороге показался мистер Стиль.
- Простите, что я мешаю вам, мистер Мэдиссон, но пришел мистер Байрд из Скотленд-Ярда по весьма важному делу.
Данти потребовалось все его самообладание, чтобы не подпрыгнуть на стуле. Мистер Байрд был тем самым человеком, которого он меньше всего хотел бы видеть.
Глава 4
Люк встал и отворил дверь второго выхода из бюро.
- Относительно этого чека нам придется поговорить еще раз, - сказал он.
- А почему не сейчас?
Данти блефовал, и Люк это ясно почувствовал.
- Я думаю, нам лучше поговорить об этом без третьего собеседника, тем более инспектора Скотленд-Ярда, не так ли?
Он закрыл за Мореллем дверь и обернулся к "Воробью", входящему через другую. Сыщик казался разочарованным, не увидя в бюро никого, кроме Люка.
- У вас, кажется, был посетитель, мистер Мэдиссон?
Люк кивнул.
- Мистер Дантон Морелль. Вы его знаете?
"Воробей" улыбнулся.
- Я никогда не стремился в высшее общество... М-да. Щекотливое дело с молодым Леффером, очень щекотливое. Думаю, вам не хотелось быть в нем запутанным?
Люк изумленно посмотрел на него.
- Я? Какого черта?
Байрд кашлянул.
- Все не так просто, - начал он, - я обыскал комнату покойного и нашел три чековых бланка Соутерн-банка, в котором у вас личный текущий счет, не так ли? И еще вот это...
Он вынул из потрепанного бумажника два сложенных листа бумаги. Люк увидел на них свое имя, подписанное несколько раз подряд: Люк Мэдиссон... Люк Мэдиссон... Люк Мэдиссон...
- Это похоже на вашу подпись. - Умные глаза сыщика не отрывались от молодого банкира. - Я был вчера в Соутерн-банке, где меня приняли очень... скажем, сдержанно. Тем не менее, я узнал, что недавно мистер Леффер получил по вашему чеку восемнадцать тысяч фунтов...
Люк перебил его.
- Да-да. Я выдал ему чек на эту сумму.
"Воробей" недоверчиво посмотрел на него.
- В самом деле? Может быть, вы покажете мне купон вашей чековой книжки?
На мгновение Люк растерялся.
- Я не нахожу это нужным, - холодно сказал он.
Но Байрда нелегко было сбить с толку. Он грузно облокотился на стол и сделался очень серьезным.
- Хорошо, я раскрою вам свои карты. По чеку уплачено ассигнациями, и я хотел бы знать их дальнейший маршрут. Есть в Лондоне одна птичка, которую я бы охотно поймал. Если чек был подложный, это, конечно, повредит репутации покойного, но решит мою задачу. Откровенно говоря, мистер Мэдиссон, мне так хочется получить отпечатки пальцев этого человека, что удивительно, как я до сих пор еще не сбил его с ног на улице.
Люк раздумывал несколько секунд.
- Сожалею, но ничем не могу вам помочь. Я сам подписал чек.
Байрд встал и глубоко вздохнул.
- Вы слишком снисходительны к преступникам, мистер Мэдиссон. Теперь я понимаю, почему Ганнер Хэйнс в таком восторге от вас. Он получил шесть месяцев - отчаянный парень. Когда я попробовал расспросить его о некоем друге, он сказал, что никогда не видел его.
- Морелль? - вырвалось у Люка.
"Воробей" улыбнулся.
- Именно он.
- Я ничего не знаю о Морелле, - твердо сказал Люк. - Он был другом Рекса и я не хочу о нем...
"Воробей" вздохнул и спрятал бумаги.
- Никто не хочет помогать полиции, - жалобно сказал он. - Все против защитников детей бедных. Что ж, я ухожу...
Едва за ним закрылась дверь, как раздался звонок телефона. Люк впервые за последнее время услышал голос любимой женщины.
- Ты придешь ко мне завтра, Люк?
- Хоть сию минуту.
- Нет, завтра, когда все будет кончено... Скажи, Рекс был тебе должен?
Этот неожиданный вопрос лишил Люка самообладания, а когда он был взволнован, то говорил бессвязно.
- Да, но не стоит об этом говорить... Я думал о тебе... Ты не должна об этом заботиться... В самом деле он мне, в конце концов, ничего не должен, да-да, он ничего не должен...
- Значит, ты придешь ко мне завтра?
Прежде, чем он успел ответить, она положила трубку.
Глава 5
- Я не вижу причин откладывать нашу свадьбу, Люк.
Маргарита Леффер не узнавала себя. Столь холодная решимость пугала своей новизной.
Он обнял ее. Она не сопротивлялась. Она позволила поцеловать себя. Единственное удовлетворение было в том, что не она, а он дарил поцелуй Иуды, он.
- На свете нет ничего такого, в чем бы я отказал тебе... Я готов для тебя стать героем, преступником, калекой, нищим...
Она слабо улыбнулась. Этот человек отрекается от своих богов!
