— Сорок один день? Долговато!
— Не для нас, — холодно ответил Лонор. — По графику, конечно, где — то 41–42 абса, но нашим лоханкам график не писан. Лишь бы дотопали.
— Понимаю, — сочувственно сказал Хэлан. — Аварии, неполадки… какие?
— Неизвестно, — ответил Лонор еще холоднее. — Бортовой журнал был стерт.
— Ого! И часто это у вас?
— Нет, — сказал Лонор — уже совсем сквозь зубы. — В первый раз. Тем более, с Тгилом.
— Вот как? Ну ладно, поехали дальше. Значит, 53—го на Гварам… теперь — то они на Авларе?
— Нет. Корабль вылетел с Гварама 15 дней назад. На Авларе будет предположительно 11–12 гвиса.
— Так что он, восемнадцать дней там торчал? С какой это радости?
— Сами знаете, — отрубил Лонор; так и плескануло на Хэлана густой неприязнью.
— А вы лучше отвечайте, раз спрашивают. Полезней.
Лонор опустил глаза. Помолчал и ответил — опять сквозь зубы:
— Не могли найти экипаж на обратный рейс.
— А куда прежний делся?
И опять, не поднимая глаз, все с той задушенной злобой:
— Трое погибли в день прибытия. Двое пропали без вести.
— Кто именно?
— Капитан Лийо Тгил и пилот Майх Валар.
«Четверо, — подумал Хэлан. — Обоих бы искали».
— На Гварам прибыли все?
— Отмечено, что карантинный осмотр прошли все пятеро.
— Слушайте, Лонор, — сказал Хэлан, — ну, чего злитесь? Понимаю, не любите нашего брата… Так сами видите, дело вон какое темное.
— Разве? По — моему, наоборот.
— Много вы знаете, — сказал Хэлан — просто, чтобы что — то сказать.
В управление он, конечно, не пошел. Была у него такая привычка: исчезать до конца дела. Одна из его знаменитых странностей — оч — чень нелегко было этого добиться. Это надо было суметь — прослыть чудаком, и обдуманные странности не раз спасали его.
«Прославленный сыщик — одиночка»! Когда знаешь, кто и кому платит, как — то не очень хочется работать против себя. Пока там, наверху, не знают, где я, я кое — что могу. Будут знать… ну что же, все смертны.
Будем думать? Маловато, конечно… Ладно, что есть. Значит, корабль «Перевозок» «Звезда Надежды» — роскошные имена у этих гробов! — 33 дня назад прибыл на Гварам. Обычный рейс, обычный груз — и вдруг чудеса. Троих, нет, четверых, того, пятого ищут. Это на Гвараме — то, где всего народу полтыщи! Можно подумать… да нет, думать тут нечего: журнал. Кому — то надо было, чтоб молчали. Ясно кому.
Вот скотство! На отделе пять нераскрытых убийств, а я гоняюсь за парнем, чтоб и его пришили. Он подумал, что ему совсем не хочется ловить Валара, и рассердился. Хочется — не хочется! Это твоя работа, тебе за нее денежки платят, черт возьми!
Если он уже на Планете… мог, конечно, а вот вернется ли? Что бы я сделал на его месте?
— Застрелился бы, — сказал он себе. — Уголовка, космическая, политическая, спецслужба. Не я, так другие, — ему все — таки хотелось оправдаться перед собой. — Уж лучше я. Ему лучше.
Хэлан рано вернулся домой — в свою холостяцкую нору на улице Кабрей. Когда — то он ее даже любил — в те недолгие дни, когда была Талу. Потом возненавидел. А потом… привык заново, вот и все.
Он не стал утруждать себя стряпней: разогрел банку консервированного супа, запил банкой пива и включил видео. Шел фильм: все палили, не перезаряжая лингеров, герой наспех целовал героиню на горе трупов, а к нему уже подбирался очередной злодей. Хэлан добросовестно подождал, пока они перестреляют друг друга, глянул на часы и взялся за видеон.
Самое начало работы, ни черта не знаешь, и все пока просто. Через спецсправочную в управление порта. Когда был прямой рейс Гварам — Сатлир. Корабль и время прибытия.
Был, оказывается. «Амру», порт приписки: Лтагвар, принадлежность: государственная планетологическая служба. Рейс: Сатлир — Авлар — Тенар Гварам — Сатлир. Прибыл вчера, в 3:00 местного. Замечаний портовых служб не отмечено.
Понятно.
А странный все — таки там, на Гвараме, расклад. Трое убито, двое пропали, одного ищут. Интересно получается с этим четвертым. Если убит чего темнить? Уж трое или четверо… Если нет… Он покачал головой, потому что не верил в это. Мальчики из спецслужб не церемонятся. Ему же хуже, если не убит.
Ладно, без соплей. Такой вариант: тех убили — его сцапали. Почему? Потому, что капитан. Хило. Капитан с жестянки — невелика шишка. Потому… потому, что тоже пытался удрать! Теплее. Может, и сцапали уже по дороге. Тогда вопрос: почему только двое? Не похоже на жестяночников своих бросать. Ладно, рано гадать, глупостей напридумаю. Значит, Майх Валар и Лийо Тгил…
Он вздохнул и набрал номер Болу.
Дождь полил еще с вечера. Всю ночь он шевелился за окном, и Хэлан чувствовал сквозь сон его шевеленье. Встал с тяжелой головой и долго стоял у окна, глядя на лужи. Не хотелось ему выходить. Нет. Просто ему не нравилось это дело.
То, что он в западне. Муторное чувство — пришло и ушло, и Хэлан усмехнулся ему вслед. Он должен был его отогнать, потому что так и есть. Западня. Не тянуло это дело на ИС—3. Как ни вертел — а все равно не тянуло. Значит… он решил пока не думать, что это значит. Авось увернусь. Жалко, смухлевать нельзя, всему отделу плохо будет…
