Они стали напряженно слушать. Несколько раз Браво быстро отводил глаза куда-то в сторону. Так было тогда, когда донесся крик Элисон из кабинета, когда слышались ее рыдания, когда Ченселор успокаивал ее и умело расспрашивал. Воображение писателя казалось безграничным. «Его первоначальная мысль была правильной», – заметил про себя Сент-Клер. Менее чем за девять недель Ченселор добился очень многого. Ни он, ни Варак не знали, каким образом, но убийство Уолтера Ролинза было связано с досье, и вот теперь этот крамольный генерал, его непосредственная дочь и уловка под названием «Часон». А самое главное, противник вышел из укрытия и сделал первый шаг. И предпринятые им действия были зафиксированы.
Сент-Клер не знал, куда приведет их Ченселор, но к досье Гувера они, конечно, приблизились.
На стене снова появилось изображение. Вот Ченселор выходит из дома, открывает дверцу машины, заглядывает внутрь и стремительно отшатывается. Затем осторожно обходит машину, поднимает камень и бросается в кусты. Вот он возвращается. Вытаскивает чемодан, выкидывает какие-то предметы из машины, забирает багаж и уходит в дом.
Тут же включилась звукозапись: вот полилась вода, вот раздался какой-то скрежет.
– Час назад я остановил ленту и выяснил, что же делал Ченселор. Он стирал слово «Часон» с чемодана, – пояснил Варак. – Не хотел, чтобы ее видела дочь Макэндрю.
Молчание. Микрофон зафиксировал скрип карандаша по бумаге. Варак прокрутил магнитную пленку, и вот снова послышались голоса.
Разговор о приготовлении кофе, быстрые шаги, какое-то движение.
На этом запись кончилась. Варак выключил аппаратуру и поднялся. Браво остался сидеть и кресле, сложив руки под подбородком.
– Этот скрип, который мы слышали… – спросил он, – неужели он писал?
– Мне кажется, да. Это похоже на него.
– Удивительно, не правда ли? В такой обстановке он возвращается к работе над романом.
– Конечно, это необычно, но стоит ли удивляться – не знаю. Если мы все правильно поняли, роман становится для него реальностью.
Браво опустил руки на поручни кресла.
– Это значит, что вы правы в своей интерпретации романа и нам предстоит заняться этим делом. Но неужели вы все еще считаете, что интересующий нас человек – член Инвер Брасс? Мне не верится.
– Разрешите мне сначала задать вам вопрос. На совещании, созванном позавчера вечером по моей просьбе, вы сообщили членам организации о том, что Ченселор встретился с Элисон Макэндрю?
– Если бы я этого не сделал, то сказал бы вам.
– Мне казалось, вы неодобрительно отнеслись к моей просьбе.
– Я был убежден, что ваше пожелание целесообразно выполнить хотя бы для того, чтобы доказать вашу ошибку. – Браво говорил отрывисто, с явным неудовольствием. – Ну а теперь что вы скажете? Вы по-прежнему считаете, что досье в руках одного из членов Инвер Брасс?
– Это станет ясно через день-два.
– Это не ответ на мой вопрос.
– Другого ответа у меня пока нет. Честно говоря, мне кажется, что я прав. Все свидетельствует об этом.
Сент-Клер выпрямился в кресле.
– Потому что я рассказал им о Ченселоре и сообщил имя девицы?
– Не только имя, – напомнил Варак. – Вы информировали их о том, что в послужном списке генерала отсутствуют данные за целых восемь месяцев.
– Это не доказательство. Те, кто располагает досье Гувера, знают об этом.
– Разумеется. То, что они стали использовать в качестве уловки, произошло в Часоне именно в эти восемь месяцев. По-моему, что бы ни случилось в Часоне, какие бы действия ни предпринял Макэндрю, все это не настолько повредило бы ему, чтобы он вынужден был уйти в отставку. Если бы дело обстояло именно так, то в Пентагоне нашлось бы немало людей, которые давным-давно заставили бы Макэндрю уйти.
– Вы правы. Произошло что-то неприятное, но отнюдь не катастрофическое. Это только часть досье, причем не самая важная.
– Да, это только прикрытие, – согласился Варак. – Случилось что-то еще, может быть, связанное с этим, может быть, нет. Если предположить, что с делом связан определенный человек, то «что-то еще» может вывести нас на того, у кого находятся досье Гувера.
– Итак, вы полагаете, что за двадцать четыре часа, прошедшие между заседанием Инвер Брасс и прибытием Ченселора в дом Макэндрю, материалы, необходимые для уловки, были изъяты из досье, – проговорил Сент-Клер, блуждая взглядом по сторонам. – Позавчера члены Инвер Брасс впервые услышали о Ченселоре, не говоря уже о Макэндрю.
– Инвер Брасс как организация узнала о Ченселоре впервые, но этого нельзя сказать о том, у кого находятся досье. Он знал о Ченселоре раньше, поскольку тот вступил в контакт с намеченными им жертвами – Макэндрю и Ролинзом. Мне кажется, можно не сомневаться в том, что они были жертвами.
