– Помню. Мать утонула, утонула самым настоящим образом. Ее вернули к жизни с помощью электрошока, но легкие не работали слишком долго, И мозг не выдержал.
– Как же это случилось?
– У пляжа Фунабаси она попала в подводное течение, и ее вынесло далеко в море. Спасатели подоспели с опозданием. Они немного помолчали. Ченселор допил виски, поднялся с дивана и поправил кочергой поленья в камине.
– Может, приготовить что-нибудь поесть? Потом мы..
– Я туда больше не пойду!-прервала его Эдисон, устремив взгляд на огонь в камине. Затем она посмотрела на Питера: – Простите, на вас-то я не должна была кричать.
– Но, кроме меня, здесь никого нет,-ответил он,– и если вам хочется кричать…
– Знаю,-снова прервала его Элисон. – Это не запрещается
– Мне так кажется. – Ваше терпение, наверное, беспредельно? – Она задала этот вопрос мягко, с легким юмором. Он опять почувствовал ее душевную теплоту и незащищенность.
– Не думаю, чтобы я был особенно терпелив. Во всяком случае, мне этого не говорили.
– Я могу проверить правильность моей гипотезы.– Элисон встала с дивана, подошла к Питеру и положила руки ему на плечи. Потом она нежно погладила его по щеке, коснулась его глаз и губ: – Я не писатель, я рисую картины, и они заменяют мне слова. Но сейчас я не могу изобразить то, о чем думаю, то, что чувствую, поэтому прошу вас быть ко мне снисходительным. Согласны? – Она прижалась к нему, псе еще касаясь пальцами его губ, а затем убрала их и горячо его поцеловала. Он почувствовал, как напряглось ее тело, когда она теснее прижалась к нему. Ее нежность Питер объяснял нервным переутомлением и внезапно нахлынувшим чувством одиночества. Она отчаянно хотела любви, ведь у нее отобрали именно любовь. И что-то должно было заменить ей любовь, хотя бы ненадолго, хотя бы на мгновение. Он понимал ее, а потому не колеблясь откликнулся на этот неожиданный зов любви. И потом, его, как и Элисон, измучили моральные переживания, сознание собственной вины и одиночество. Только теперь он постиг, насколько был одинок в эти последние месяцы.
– Я не хочу идти наверх,– прошептала она, прерывисто дыша.
– Мы и не пойдем,-ответил он мягко и стал расстегивать ей блузку. Она слегка отстранилась от него и, вскинув правую руку, одним движением сорвала с себя блузку. Другой рукой, она расстегнула ему рубашку…
