Она просто подвернулась ему в тяжелый момент жизни, любой мало-мальски знакомый, наверное, смог бы утешить его, проявив немного участия и такта. Поэтому и прямо сказала, чтобы нашел себе там девушку и не чувствовал себя обязанным ей в чем-то. Она надеялась, что он правильно понял ее и послушался.
Все-таки было маловероятно, чтобы он привязался к ней так же сильно, как она к нему.
Петунья постоянно думала об этом и пришла к неутешительному выводу, что Северус не забыл так быстро Лили, как могло показаться, и принял ее только потому, что она была тонкой ниточкой между ним и сестрой. Да, он не спрашивал ее ни разу, что делает Лили и как у нее дела, но... ведь он был обижен на подругу, вот и делал вид, что не интересуется ее жизнью...
Ну и то, что он бы, возможно, не принял помощи от незнакомого человека, а ее худо-бедно знал все-таки больше шести лет, тоже сыграло свою роль.
Приехав в Лондон и найдя после коротких поисков уютную недорогую квартирку возле колледжа, Петунья постаралась отвлечься от мыслей о Северусе. Все свободное время она посвящала давно задуманной коллекции волшебной женской одежды, проштудировав несколько раз книги, купленные Снейпом и разработав свою концепцию оригинальной линии с элементами магловского дизайна. Получилось весьма необычно, свежо и ярко. Экстравагантно и привлекательно, по крайней мере, для магического общества. Потому что Петунья недоумевала, как, обладая такими возможностями в Трансфигурации и Чарах волшбеники одевались столь убого и тускло. Если ее разработки помогут хотя бы Нарциссе выглядеть необычно — значит, она не зря работала. А уж молодая миссис Малфой вполне сможет стать иконой магического стиля!
Некоторое время Петунья думала, как послать альбом с эскизами белокурой красавице, даже решила уже попросить у Лили ее сову. Для этого нужно было написать маме, чтобы она написала Лили в ответном письме, когда та соизволит прислать матери весточку... Уф, длинная цепочка!
Но выход нашелся гораздо более простой и быстрый.
В первых числах сентября, когда во всех учебных заведениях начался новый учебный же год, в ее маленькой вычищенной квартирке с негромким деликатным хлопком появилась Трикки. Петунья была так рада видеть маленькую степенную домовушку, что буквально чуть не затискала тощее тельце в объятиях.
После того, как она усадила довольную столь радушным приемом эльфийку на несколько подушек, составленных стопкой, чтобы та не упиралась подбородком в край стола и налила ей горячего чаю, поставив в качестве угощения только что испеченный малиновый пирог, та важно и торжественно достала небольшую записку от Снейпа. Оказывается, Трикки уже побывала в Штатах, освоив непростой маршрут, все осмотрела и, убедившись в том, что мистер Снейп благополучно устроился на новом месте, вернулась с новостями в Англию. Вот теперь будет носить письма туда и обратно, а еще может захватить небольшую посылочку от мисс Петуньи для Северуса.
Кроме того, молодой мисс достаточно только позвать Трикки и та тут же явится на зов — так велел хозяин Люциус, а его попросил об этом мистер Снейп. Потому что очень беспокоится за молодую мисс, и хочет, чтобы та была под защитой, раз уж он не может временно ее оберегать! Мастер Люциус уже велел Трикки сделать магическую привязку к молодой мисс, а это дорогого стоит, чтобы хозяин разрешил своему личному домовику такое проделать с чужим человеком!
Услышав столь неожиданное щедрое заявление, Петунья чуть не прослезилась, а израненное девичье сердце наполнилось неуемной радостью и счастьем. Северус помнит о ней и беспокоится! Даже просил блистательного Малфоя помочь какой-то совершенно никчемной малознакомой магле...
Зря она думала, что как только он уедет — так закрутится в своих делах и забудет о ней со временем. Столько ночей эти дурацкие мысли не выходили из головы и терзали душу. Оказалось, что Снейп очень верный товарищ. Наверняка, он таким же был и для Лили, вот только той это вовсе не было нужно — она настолько привыкла к его смиренному поклонению, что оно, в конце концов, стало ее тяготить... А ведь Сев постоянно находился с ней рядом, оберегал, всегда старался выполнить любую просьбу сестренки, любой ее каприз. Неужели все эти знаки внимания, обожания и любви могут надоесть? Вероятно, да, если ты не любишь постоянства. А Лили не была особо постоянной в своих привычках и пристрастиях. Как верно говорила тетя Стейси — сегодня одно на уме, завтра — совсем другое...
Признаться честно, Петунья жутко злилась, созерцая его влюбленный вид, с каким он глазел на Лили. Снейп ее дико раздражал своим постоянным присутствием, он торчал у них под окнами днями напролет! И как можно было позволять соплячке Лили третировать себя всякой ерундой! Он мужчина или нет, терпеть все ее капризы? Cнейп же только улыбался как дурачок и опять смотрел на сестренку как на сияющее в небе солнце.
