— Так вот, я отдала его Августе с подробными инструкциями, как пользоваться. На случай, если бы их местонахождение раскрыли, и Невиллу грозила бы опасность. Первоочередная задача ведь заключалась в спасении ребенка. Но Августа… ох, она такая своевольная, упрямая… впрочем, как все гриффиндорцы, у нее свои приоритеты, — Гризельда во время разговора только и делала, что фыркала, наверное, от избытка чувств просто не могла контролировать свои эмоции. – Эта противная женщина всучила кольцо Фрэнку! Справедливости ради, тот категорически не желал брать его, пока мать не стала угрожать снять Фиделиус с дома, в котором они прятали Невилла.
— Думаете, она бы так поступила? – с сомнением спросила Лили.
— Будь уверена, деточка. Моя подруга Августа упряма как осел. И считает себя самой умной, проницательной и опытной. Зачастую она добивалась своего от Фрэнка именно скандалами и шантажом. Чего стоят ее инсценировки сердечных приступов! Сколько бы я ее ни ругала – убедить эту упрямицу в неправильности совершаемых поступков мне так и не удалось. Она такая, какая есть и ничто ее не исправит. Боюсь, как бы она не задавила внука в стремлении вылепить из него идеал, который существует лишь в ее голове… Просто на данный момент Алисе с Фрэнком некуда было деваться, вот они и оставили сына на бабушку. Но я попытаюсь убедить их взять все же воспитание малыша в свои руки, иначе дело вполне может закончится для ребенка попорченной психикой и расшатанной нервной системой. Уж слишком моя подруга любит давить авторитетом и своим положением старшей в семье.
Ну да это терпит, теперь о главном. Как я уже сказала, завязалась драка, а так как силы были неравны, то команда Лонгботтомов оказалась захвачена. Другие авроры были Лорду не нужны, поэтому их просто нейтрализовали на время, а Лонгботтомов его подручные стали пытать Круциатусом. Конечно, ребята ничего не собирались говорить и стойко терпели пытки. В конце концов, Лорду это надоело, и он решил убить Фрэнка, чтобы вразумить его жену. Разумеется, это была Авада.
Присутствующие ахнули и встревожились.
— Но как…
— Да-да. Пока жизни Фрэнка не было прямой угрозы, Алиса подвергалась издевательствам наравне с мужем, но как только она поняла, что его сейчас не станет… Она просто из последних сил поднялась и закрыла его собой.
— И… — Монгво выдержал паузу. – Феномен жертвы?
— Cовершенно верно. Именно сила любви и самопожертвование ради любимого человека, многократно усилили накопленную в кольце магию и отразили заклинание, от которого якобы невозможно уклониться. Темный лорд был повержен собственным заклятьем, которое было выпущено буквально с нескольких ярдов – таким мощным вышел у Алисы щит, как будто перед Авадой встала каменная стена. Никто не смог бы увернуться – ни Фрэнк, который был измучен Круциатусом, ни Лорд.
— Так значит, Фрэнк отдал кольцо Алисе? – воскликнула Петунья. – Как же сильно, должно быть, они любят друг друга…
— Да, Фрэнк… он обожает жену, коль скоро решительно пошел против авторитарной матери. Вот в таких спокойных тихих парнях и скрывается стальной стержень, которого более всего ожидаешь и не находишь в других! – с гордостью сказала Марчбенкс.
— Что же было дальше? – нетерпеливо вопрошали собравшиеся.
— Дальше… увидев, что их Повелитель мертв, Пожиратели предпочли мгновенно удрать. Впрочем, там большинство были в масках, и предъявить обвинения оказалось по большой части некому, но вот Беллатрикс Лестрейндж и ее муж, которые и пытали Лонгботтомов, засветили свои физиономии, и на основании показаний Алисы и Фрэнка их вполне возможно стало привлечь к ответственности. Сразу после этого Фрэнк нашел свою палочку и послал Патронуса в Аврорат и своему шефу в Ордене, разумеется. Дамблдор оказался там быстрее всех – завидная скорость! Засвидетельствовал смерть Лорда и пообещал встретиться с журналистами, дабы весь магический мир побыстрее узнал об избавлении от тирана, — с саркастическим смешком произнесла Гризельда.
— Представляю, как он огорчился, что у него теперь нет ни одного младенца-Избранного, из которого можно было бы успешно ковать оружие для устрашения Темных сил, — поддержал ее столь же ехидный Вейер.
— Зато нашим малышам повезло. Теперь на них не будет висеть тягостное бремя Героев и Избавителей от всего Зла на свете, и они станут расти и жить как нормальные дети, вместе со своими родителями. Впрочем, Августе жаловаться не на что, ведь такой невесткой-героиней теперь только и гордиться. Правда, я не уверена, что она это оценит, а Фрэнку наверняка приватно влетит за то, что не послушался мамочку, — захихикала Марчбенкс.
