Альбус недовольно хмыкнул. Вот кто как колючка в мягком месте! Малфои! И как им удалось избежать справедливого суда и наказания, Мерлин весть. Впрочем… Это же слизеринцы, гадючья парочка! Скользкие, изворотливые, пронырливые, корыстные… Он нисколько бы не был удивлен, узнав о том, что Модный Дом был организован специально как прикрытие для темных делишек и одновременно как средство против обвинений в пожирательстве. Дескать, такие известные респектабельные люди, известные бизнесмены и меценаты попросту не могут совершить чего-то противоправного, а уж тем более быть Пожирателями Смерти! Да и зачем им это? У Нарциссы работают выходцы из всех слоев общества, то бишь, полукровки и даже маглорожденные, потому что как же иначе — чистокровные редко кто пойдут наниматься, чтобы подчиняться хозяину. Они, в основном, свой бизнес открывают и развивают, благо у многих финансовое положение позволяет. Вот уж, небось, кривили рожи надменные богачи, вынужденные нанимать на работу грязнокровок...
А тут, попробуй, обвини этих… тут же завопят, что не могут люди, принимающие на работу маглорожденных, воевать против них же, это же абсурд какой-то… вот если бы был жесткий отбор на предмет чистокровности — вот тогда другое дело, тогда можно придраться и аппелировать самым главным козырем — политкорректностью, а так…
Дамблдор разочарованно скривился. М-да, тем более, Малфой весьма и весьма богат, а чиновники в Министерстве совершенно избаловались и обнаглели, хотят жить хорошо и богато! Вот и обстряпывают делишки за спиной у Председателя Визенгамота. Как бы хотелось прищучить этих наглецов, да пока что нечем. Скользкая гадина, не удержать в руках… ну ничего. Просто повезло им всем, шарлатанам от политики и бизнеса, что он неоднократно отклонял предложения стать Министром Магии, ох, повезло! Честно признаться, положа руку самому себе на сердце, Альбус попросту не желал брать на себя ответственность за все разношерстное магическое общество. Ну а наивные обыватели считали, что это все от ангельской скромности героя-победителя Гриндевальда, который после блистательной и стремительной победы удовольствовался всего лишь должностью директора Хогвартса. Его и эта должность вполне устраивает и невдомек всем этим карьеристам, что…
В витражное окно директорской башни стукнулась сова.
Альбус, не успев подумать, что именно невдомек известным тупицам, лениво поднял палочку, приказывая створке отвориться. Пернатая почтальонша влетела в кабинет и села на стол, поднимая лапу с привязанным экземпляром газеты. Дамблдор привычно сунул в кожаный мешочек кнат и сова, не задерживаясь, тут же ретировалась. Ей, бедняжке, еще назад надо было лететь Мерлин знает сколько миль до Лондона…
В дверь постучали. Скорее всего, пришла Макгонагалл, декан Гриффиндора и заместитель директора по учебной части. В принципе, к приему учеников школа была полностью готова — все же многолетний опыт, но Минерва все равно где-то с двадцатого числа каждое утро наносила визит, дабы отчитаться о самых малейших изменениях. Банальная пунктуальность и даже некоторое занудство — вот и вся МакГонагалл. Впрочем, эта черта была весьма полезна, с такими установками не пошалишь, ученики убеждались в этом на собственном опыте.
— Да-да, профессор, входите! — жизнерадостно отозвался Альбус, с сожалением откладывая газету.
— Доброе утро, Альбус. О, почта пришла? Если что-то интересное, скажите мне, я прочту потом у мадам Пинс в библиотеке, — попросила Минерва. — Хотя… в последнее время очень тихо, даже в Лютном торговцы и контрабандисты притихли.
— Это оттого, что отважные авроры не щадя сил искореняют преступность! — шутливо-пафосно воскликнул Дамблдор. — Впрочем, я абсолютно доволен работой нашего доблестного Аврората. Так и должно быть в обществе, полностью соблюдающем законность и правопорядок.
— О, вы правы, совершенно правы, — активно закивала МакГонагалл. — А наш Фрэнк просто герой, истинный герой! Вот что значит — настоящий гриффиндорец, который ни на шаг не отступит от своих жизненных принципов! А скромный он какой! Так горжусь этим отважным мальчиком… — Минерва растрогалась и уселась в кресло возле стола, положив на колени свернутый пергамент — отчет о проделанной работе, надо полагать.
— Чаю не желаете, профессор? — гостеприимно предложил директор. — Сегодня домовики расщедрились на Лапсанг Сушонг. Знаете ли, с ванильными булочками просто феерично! Такой контраст вкусов…
— Нет, спасибо! Я всегда пью жасминовый, — чопорно поджала губы профессор Трансфигурации.
— Ну, на нет и Визенгамота нет, — сострил Дамблдор. Вызванный домовик приволок чайник с желаемым цветочным чаем. Налив гостье чашку и полностью исполнив долг гостеприимного хозяина, Альбус таки развернул «Пророк». — Хоть что-то занимательное нам сегодня предоставят? — скептически задал он риторический вопрос. Минерва пожала острыми худыми плечами, а Фоукс в клетке закопошился, тихо закудахтал и вдруг шумно забил крыльями.
— Что это с ним? Обычно он тихий, — встревожилась МакГонагалл. — Не пора ли ему сгореть, Альбус?
