— Алло, Хьюстон, это Центр! — Ира для надежности даже пальцами пощелкала у меня перед носом. Задумавшись, я не заметила, как она вернулась. — У нас проблема!
— Ты что-то сказала?
— Тарелки, говорю, под суши какие можно взять?
— Сейчас все достану. — Я принялась быстро сервировать стол. — Все-таки ты в гостях!
— Помочь?
— Спасибо, правда. Я лучше сама.
— Хозяйке виднее. — Она улыбалась, наблюдая за моей суетой. — Но посуда на мне потом!
— Ир, ты ж не в каменном веке живешь! — улыбнулась я. — Посудомойка справится, ее для этого и придумали!
Мы, рассмеявшись, чокнулись бокалами. Предусмотрительная подруга, видимо, зная свои возможности, принесла убойный запас алкоголя. Еще было подозрение, что она просто хорошо рассчитала степень моих злоключений и норму, которая их перекроет.
— Приятного аппетита! — воскликнула она, выцепляя суши с лососем.
— Итадакимас! — откликнулась я и медленно поклонилась по-японски, после чего аккуратно зацепила палочками аппетитный ролл.
Острый! Из глаз моментально потекли слезы, а рука метнулась к бокалу.
— Ох! Ого-о-онь! — смогла я, наконец, вдохнуть. Выдыхать пока боялась: как бы пламенем квартиру не спалить. — Но вкусно.
Никогда особо не любила острые блюда. Но заказ делала не я, вот и получила сюрприз на блюдечке. Не хотелось обижать подругу, отворачивая нос от угощения.
Ира взяла такую же и невозмутимо прожевала.
— Да, пикантненько, — подтвердила она.
Я посмотрела на нее с нескрываемым уважением: даже голос не дрогнул. У меня тут все пылает внутри, а она вон как закусывает, одну за другой! Еще и васаби щедро добавляет сверху.
— Завидую тебе. Тоже так хочу.
— Маленькая еще. — Она победно улыбнулась. — И вообще, рассказывай, наконец, что у тебя стряслось? Что там за парень от тебя сбежал? Ты из-за этого к мозгоправу потащилась, дуреха?
Я поперхнулась роллом. Подруга встала и заботливо похлопала по спине.
— Ир, ну не за едой же?
— Почему бы и нет? — беспечно отозвалась она, макая очередной ролл в соевый соус. — За вкусной едой многие тяжелые вещи говорить гораздо легче. Я так со своим бывшим рассталась последний раз. Не поверишь, я даже уже фамилию его не помню, но вкус щуки, запеченной в подсолнечных семечках, прочно отпечатался в памяти!
Вот же неугомонная. Хотя… сейчас я чувствовала себя гораздо более расслабленной. И немного пьяной. Подруга казалась идеальным кандидатом, чтобы поделиться своими бедами. И единственным, других просто не было, к сожалению.
— У меня есть проблема. — Я замолчала, подбирая слова. Ира не торопила, спокойно подкладывая мне в тарелку какую-то незнакомую фиолетовую штуку. — Короче, со мной давно одна история приключилась.
— Неприятная? — спросила она. — Ты кушай, кушай.
— Типа того. — Я постаралась отогнать всплывшую в памяти картину. Взяла с тарелки ролл, но вкуса не почувствовала. — Не буду грузить подробностями. Но с тех пор я даже смотреть не могу на мужчину.
— На какого-то конкретного?
— На голого.
Взгляд Иры стал очень внимательным. А я пояснила:
— Стоит взглянуть даже мельком, и прямо до трясучки всю колотить начинает. Сердце как бешеное становится, задыхаюсь, и чуть ли не до рвоты. Мерзкое ощущение.
— Меня тоже иногда от мужиков тошнит, — заметила она философски.
На сердце немного потеплело от ее, пусть неуклюжей, но шутки.
Ира протянула руку через стол, накрыла мою ладонь своей и успокаивающе погладила.
— Но у тебя, похоже, все серьезнее?
Я кивнула, подтверждая ее слова. Взяла красный ломтик имбиря и заставила прожевать. Это дало немного времени подумать. Наконец, я смогла пояснить:
— Хуже некуда. Страх такой берет, что до паники доходит. А из-за этого вся личная жизнь пошла наперекосяк. У всех отношения, там, любовь, секс. А у меня одни сплошные обломы. Чувствую себя ущербной какой-то!
— Неправильно чувствуешь. — Подруга сокрушенно покачала головой, сложив губы в тонкую изогнутую линию. Я была благодарна ей за поддержку: этих слов мне так не хватало. — У всех свои тараканы в голове.
— И у тебя?
— А чем я такая особенная? Конечно, и у меня.
Она сидела, переваривая какие-то собственные мысли. Механически, я взяла еще один ролл, но успела только надкусить, как Ира самым будничным тоном спросила:
— А секс у тебя вообще был в жизни?
Ну вот, снова поперхнулась! Кто ж такое прямо говорит? Хотя, о чем это я. Это же Ира.
— Запей, легче будет, — посоветовала она, не уточнив, с чем именно полегчает. — Я же на твоей стороне, просто скажи как есть.
Признаваться в своем печальном опыте не хотелось.
— Ну, было несколько раз.
— Несколько? — переспросила она прищурившись. Очень цепкий, оценивающий взгляд получился. — А точнее?
— Один раз я просто зажмурилась тайком, парень не видел. Тяжело было, но я терпела. Хорошо, что все быстро закончилось.
Я загнула большой палец на правой руке.
— Второй раз — попросила глаза мне завязать. Типа, игра такая. Не помогло ни разу, легче вообще не стало. Еле дотянула до конца.
Подумала и, вспомнив о невыдающемся достоинстве партнера, загнула мизинец.
Ира положила себе еще суши. А мне вот кусок в горло не лез.
