— Дэмдэм Кра! — воскликнул маршал Эугидо. — Вот так так!
— А, ты уже дошел до прямого предательства, барон, — злобно прошипел Верховный Друид.
Дэмдэм одним шагом приблизился к Эспиро, поднял его одной рукой в воздух и крепко встряхнул. Затем этой же рукой он взял дона Эспиро за лицо и сурово проговорил:
— Друид, не жди, что я буду с тобой церемониться, как наши военачальники. Изувечить тебя — это самое малое, чем я готов отплатить тебе за барситскую стрелу. Ты понял меня?
Король Веселин сообщил:
— Барон Кра твердо условился со мной, что он и… — тут Веселин запнулся, — что он и другие кардоронцы не будут биться против твоего войска, дон Аррето. Даже если ты ведешь свою рать к неправой цели — заметь это.
— Я здесь для того, чтобы помочь открыть тебе глаза, магистр Аррето, — прогудел Большой Дэм, — а не для того, чтобы гонять по полю соотечественников. Ну-ка, ты, — богатырь повернулся к тому, кого он привел с собой, — говори все, как есть.
Второй из этих двух откинул капюшон и низко поклонился. Дон Эспиро поглядел ему в лицо и сильно побледнел.
— Это Уорф, магистр Аррето, — пояснил Вианор. — Он один из главных приспешников Сэпира. Уорф, что ты знаешь о сговоре Сэпира и Верховного Друида Кардоса?
Уорф хихикнул:
— Этот, — он показал на Верховного Друида, — постоянно переговаривался с моим хозяином Сэпиром. Они сносятся через магическое зеркало наподобие вот этого, — Уорф показал на светящийся шар, где по-прежнему находился Сэпир, нервно подергивающийся у своего экрана.
— А что ты знаешь о слове — о том слове, которое есть у Верховного Друида против Сэпира?
Уорф захихикал вновь:
— О, Сэпир его так боится, так боится… При мне дон Эспиро не раз заставлял делать его то, что ему было нужно. Стоило ему произнести «Астиаль алла», как Сэпир сразу сдавался… хи-хи…
— Что ты мелешь! — закричал, бледнея, Верховный Друид. — Да тебя ни разу не было при наших разговорах!
Магистра Аррето передернуло.
— Ни разу не было при разговорах? — переспросил он. — Так, значит, такие разговоры были?
Верховный Друид опустил глаза, но Уорф с готовностью подтвердил:
— О да, были, и очень часто. Дон Эспиро не видел меня, потому что обычно я присутствовал на них в виде птицы. Это одно из чудачеств моего господина — превращать меня в птицу.
— В стервятника, — уточнил Вианор.
— В стервятника, — хихикнул Уорф.
— Теперь скажи, откуда дон Эспиро знает это слово, — велел Вианор.
— Он знает его от своей помощницы, барситской шаманки, — сообщил Уорф. — Все его волшебство…
Но Уорф не договорил — Верховный Друид вопреки всем запретам вскочил с места и закричал:
— Довольно! Довольно слушать этот пакостный тухлый рот! Да, я признаю, — признаю, дон Аррето. Я вел переговоры с Сэпиром, но здесь этот колдун не солгал — я думал о вящей славе Астиаля, о благе Кардоса. Это не было изменой, Аррето.
— В этом я не уверен, — резко бросил маршал Эугидо. — Тайные переговоры с врагом — уже измена.
Дон Аррето смотрел на своего друга тяжелым взглядом. Он сказал:
— Я хотел бы знать, о каком это слове на Сэпира шла речь. Кто мне разъяснит дело — мой церковный иерарх или те, кто пришел со мной сражаться? Видимо, — заключил дон Аррето, — они скорее скажут мне правду.
— Нет, — поспешно возразил Верховный Друид. — Я скажу. Это тайное слово в сочетании с жезлом Астиаля и истинной верой обратит в прах все силу и деяния Сэпира и его самого.
— Так почему же ты до сих пор не наложил его на Сэпира, Эспиро?
— Вианор уже объяснил это, — сказал Тикей Йор. — Верховный Друид Кардоса хотел, чтобы Сэпир сначала положил к его ногам всю Анорину. И уж потом…
— Нет, не потом, — велел магистр Кардоса. — Произнеси это слово сейчас, дон Эспиро, я приказываю тебе.
— Да? И чтобы какой-то Бойтур и вот эти все воспользовались моей победой? Чтобы радовались еретики Семилена? Язычники?
— Дон Эспиро, — грозно начал магистр Кардоса, но его перебил Тикей Йор.
— Позвольте сказать несколько слов, дон Аррето. Я думаю, мы прямо сейчас можем уладить все затруднение. То, что останавливало дона Эспиро, это желание получить под свою руку все страны Анорины. Так вот, я готов принести клятву, что приму верховенство церкви Кардоса над Семиленом, включая и её канон, если дон Эспиро сокрушит своим словом власть Черного Сэпира и его самого.
— Я присоединяюсь к такой клятве, — заговорил король Веселин, — и на тех же условиях обещаю принять вассалитет Ардоса перед Кардосом, а также его веру.
— В свою очередь и я обещаю отдать под руку церкви Астиаля Большой Анорийский Круг, — промолвил Вианор, — если слово Эспиро сокрушит Сэпира. Обязуюсь и сам обратиться в его веру и служить ей всей силой мага.
— Какой прок от тебя и твоего Круга, — огрызнулся Эспиро, хотя глаза его уже начали алчно блестеть. — У тебя уже отнята вся сила чародея.
— Неверно, — возразил Вианор, — моя сила только до времени связана магическим щитом над рулеткой Астиаля. Но с падением Сэпира она вновь высвободится и вернется ко мне.
— И сверх того, — добавил король Веселин, — мы все готовы обязаться, что приложим все силы для того, чтобы убедить короля Бойтура и Людену последовать нашему примеру.
