Утро. Это было самое лучшее утро в моей жизни. Во-первых, сегодня мне не снились кошмары. Я наконец-то проснулась без дикого чувства паники и страха. Не то, чтобы мне снились кошмары каждую ночь, но когда это происходит чаще, чем у обычных людей, имеешь свойство ценить такие спокойные пробуждения. Во-вторых, рядом со мной лежал Том. Парень, в которого я, так уж и быть, влюблена, тот, кто заставляет меня потихоньку снимать свою броню и возвращает мне когда-то утерянные чувства. Последние несколько лет я отказывалась от любви и эмоций. Слишком часто мне делали больно до этого, и я решила впредь не мучить свое сердце. Щелк. Чувства были закрыты на замок, а ключ выброшен на дно глубоководной реки под названием Рацио. Однако Холланд воспользовался своим набором отмычек и постепенно открывал мое сердце, как бы оно ни противилось. Его теплые руки обвивали меня за талию, а горячее дыхание обжигало шею. Парень сладко спал.
Вчерашний день кажется мне сказкой. На секунду я даже задумываюсь не приснилось ли мне наше свидание и то, что было после того как мы вернулись домой. Воспоминания обрушиваются на меня, как волны на берег... откатываются... набегают вновь. Уголки губ невольно ползут вверх. Наш танец на площади Микеланджело. Я испытывала что-то неподдающееся описанию. Когда он сжимал меня там, на холме, я чувствовала покой. На несколько минут я расслабилась и полностью погрузилась в человека рядом со мной. Он гладил мои руки, волосы, целовал каждый миллиметр моего лица. Ночная Флоренция стала свидетелем исключительной нежности. Том дарил мне заботу, а у меня руки тряслись от переполнявших мою слабую грудь чувств. Мы долго молчали, стояли на вершине под сводом звездного неба и наслаждались друг другом, пытаясь запомнить каждую деталь этого вечера. Мы молчали, но разговаривали взглядами в попытке высказать все то, что ураганом обрушилось на наши души. И даже Микеланджело, стоявший в паре метров от нас, смотрел в другую сторону, чтобы не дай бог не испортить этот магический момент.
Вернулись мы часа в два ночи. Пытаясь наверстать упущенное молчанием время, мы, как изголодавшиеся кошки, набросились друг на друга с вопросами. Я ловила каждое его слово, мне было интересна каждая мелочь связанная с его жизнью. Однако по большей части вопросы задавал вчера Томас. Они сыпались из него непрекращающимся потоком; парень хотел знать обо мне все. Он спрашивал о семье, о моем детстве, о сестре. В какой-то момент я даже решилась рассказать ему о нашем с ней конфликте, упуская правда множество деталей. Он спрашивал об учебе, о том, чем я мечтаю заниматься. В общем выворачивал меня всю наизнанку, а я как могла отвечала, не раскрываясь полностью конечно же. Если бы я вылила на человека все то, что творилось у меня в душе, он бы давно отвез меня в ближайшую психушку Флоренции. Но я и не врала ему, просто недоговаривала. Мы валялись на кровати в обнимку и все говорили и говорили. Время от времени мы ловили смешинку и без причины хохотали до колик в животе. Затем мы долго целовались, и этот пошляк шептал мне всякие глупости на ушко. Я совру если скажу, что меня это не заводило. Пару раз я даже порывалась превратить наши целомудренные поцелуи в нечто большое, но Том вовремя меня одергивал. У меня создавалось впечатление, что весь этот вечер и ночь были полностью для меня. Он говорил все то, что я когда-либо хотела услышать от мужчины. За исключением конечно же его чувств. Про себя он говорил очень мало. Паузы между репликами становились все дольше, и спустя какое-то время я заснула.
Я аккуратно выпутываюсь из объятий Тома, чтобы не разбудить его. Он что-то недовольно бормочет во сне и обнимает вместо меня лежащую рядом подушку. Прикрываю дверь в спальню и отправляюсь умываться.
В зеркале на меня смотрит совсем другой человек. Такой довольной рожи я у себя еще никогда не видела. Глаза светятся таким искренним счастьем. Губы припухшие от долгих ночных поцелуев. На шее и ключицах виднеются темные отметины, которые оставил Томас в одном из своих страстных порывов. Это вызывает у меня приступ смеха. Мне так весело и хорошо. Не думала, что присутствие рядом малознакомого человека когда-то сможет сделать меня такой счастливой.
