– Оказывается, у доктора Фар Шориди три года назад отобрали лицензию, – сказала Рози. – Более того, на нём запрет суда заниматься целительством. По законам Карфита он не имел права лечить Вила. Должен был просто сообщить о пострадавшем. Максимум – оказать первую помощь. Но в тот момент, увидев изломанного, едва живого парня, доктор напрочь забыл о запрете. Фактически вытащил Виллета с того света, а когда осознал, что сделал, пути назад не было. Потому и оставил пациента у себя. И теперь, если Вил объявится, станет известно о его действиях, и тогда доктора ждёт тюрьма.
– Бредовые законы, – фыркнул Дан. – А ты знаешь, за что его лишили лицензии?
– Ага, – хмуро ответила Рози. – Оказывается, он был королевским лекарем. И при этом частенько проводил сложные операции в столичном госпитале. В тот день обрушились перекрытия в здании старой школы. Пострадали дети. Не маги. Но их всех доставили в госпиталь и вызвали Фар Шориди. Тот сорвался, отправился помогать. И во время одной сложной операции ему передали, что его немедленно вызывает королева. Юный принц упал и повредил колено, потому ему срочно нужен целитель. А доктор Эдиген тогда отказался исполнять приказ и продолжил операцию. Он решил, что в тот момент его помощь гораздо нужнее другим маленьким пациентам. Как оказалось, принц не только колено повредил, но и головой ударился. Почти до сотрясения. А нашего целителя обвинили в уклонении от своих обязанностей, отказе в помощи своему пациенту и отобрали лицензию. С тех пор целительство для него под запретом.
– Печальная история, – проговорила я, поглаживая живот, в котором активно пинался наш сынишка. Видимо, ему тоже не понравился рассказ Розалинды.
– И ситуация сложная, – кивнул Дан, накрыв мою руку своей. – Но я подумаю, как её можно решить.
– Есть идеи? – воодушевилась Рози.
– Да, но нужно хорошо всё взвесить, – ответил он и вдруг улыбнулся; – Кстати, у меня новости. Мой проект портальной станции приняли к рассмотрению в республиканской научной комиссии.
– Ух ты! – хлопнула в ладоши Рози. – Поздравляю!
– А я в тебе ни капли не сомневалась, – проговорила я, повернувшись к супругу. – Уверена, она будет работать, как надо.
– В теории всё с ней отлично, но проводить практические опыты без позволения комиссии я не могу. Вот когда получу диплом, будет проще.
– Осталась каких-то пара недель, – напомнила я. – И ты станешь дипломированным техномагом.
– И что будет, если эта твоя установка на самом деле сможет переносить людей за мгновения на дальние расстояния? Что получишь ты? – поинтересовалась Розалинда.
– Патент, – улыбнулся Брелдан. – И, возможно, много-много денег.
Раньше мне казалось, что материальная сторона изобретательства Дана не особенно интересовала, но в последнее время стала замечать обратное. Он теперь много работал над новыми проектами. Я помогала ему, подготавливая документацию и приводя в порядок расчёты. А потом он относил свои наработки каким-то знакомым, которые оказывали содействие в оформлении патентов. И искренне радовался, когда удавалось их выгодно продать.
– Будто у тебя проблемы с деньгами, – проговорила ему наша подруга. – Твой отец – один из богатейших лордов республики.
– Но у меня своя семья, – уклончиво ответил Брелдан.
Потом глянул на часы, сообщил, что пришло время обеда и пригласил нас в столовую… мастерски при этом переведя тему разговора. Но я всё равно заметила, как изменилось его настроение, когда Рози заговорила о деньгах. И решила, что обязательно выясню, почему материальные вопросы стали для Брелдана так важны.
Чем ближе подходило время родов, тем медленнее тянулось для меня время. Тем печальнее становилось на душе, ведь вместе с ним сокращался и срок подаренного мне судьбой счастья. Дан дал нашему браку полгода, и я согласилась на эти условия. А ещё он, как и обещал, делал всё возможное, чтобы стать мне настоящим мужем.
Почти все вечера мы проводили вместе. Иногда просто смотрели фильмы в Паутине, иногда болтали обо всём подряд. Брелдан любил почитать перед сном, и в такие моменты я устраивалась у него под боком, а он нежно гладил меня по спине, словно любимую кошку.
Нам оказалось очень легко и комфортно вместе. И я на самом деле чувствовала себя его женой, важной частью его жизни. Я была счастлива, хоть и понимала, что всё это временно. И скоро мне придётся его отпустить.
После получения диплома Брелдан стал гораздо больше времени проводить дома. Часто засиживался в своей лаборатории, но и не возражал, когда я туда приходила. Поначалу был рад моей помощи, но недавно сказал, что в моём положении лучше поменьше пользоваться магией, и теперь сам контролировал, чтобы я больше отдыхала.
И всё же его что-то тревожило. Я чувствовала, как с каждым днём он становится всё мрачнее. Но когда спросила, что происходит, Дан лишь ласково поцеловал меня в губы и заверил, что причин для волнения нет, и он со всем обязательно справится.
Той ночью он был особенно нежен, а когда решил, что я уснула, едва слышно шепнул, что никому меня не отдаст. Хотя, может, это было уже частью сна?
