— Итак, Рая, — начал констебль, проговорив мое имя как ругательство и откинувшись на спинку кресла, — у меня для тебя новости.
Он встал и в раздумьях принялся ходить около своего стола, нигде подолгу не задерживаясь.
— Какие? — задала я вполне логичный вопрос, за что была полоснута его взглядом.
А, ну понятно, рабы вопросы не задают. Я прикрыла рот и стала ожидать, пока он подумает. А думал он долго. Задумчивый видимо парень. Наблюдая за ним, я отметила, как грациозно двигается этот мужчина, словно кошка перед прыжком. Не хочется ссориться с таким магом.
— У меня есть основания предполагать, что ты действительно можешь быть непричастна к смертям Магистров, — наконец произнес он и мое сердце радостно забилось в горле.
Я готова была броситься к нему на шею и завопить: «СПАСИБО!».
— Однако это не исключает и твоей виновности. Но у меня нет выбора, поскольку ты единственный рунист в Монстраке и единственная, кто может разъяснить мне некоторые детали этого… хм… ученья.
Я ничего не поняла из того что он сказал. Ноа тем временем подошел ближе и наклонившись, зорко на меня посмотрел.
— Иными словами, я поступаю по принципу: «держи друзей близко, а врагов еще ближе», — проговорил он, блеснув листвой глаз, и выпрямился, кивнув охотнику, который принес мне ботинки. — Обувайся, у меня еще куча дел. Твои основные функции я объясню позже.
Ноа развернулся и сняв с вешалки свой длинный плащ, накинул его на себя. Я торопливо выскользнула из валенок и перелезла в ботинки, которые соответственно тоже были мне велики, но не желая расставаться с теплой обувкой, приподняла валенки, и обняла как родных.
Охотник и Сальваторе недоуменно на меня глянули, но не сказали ни слова.
— Идем, — небрежно обронил Ноа и я поскакала следом, едва поспевая за широкими шагами мужчин.
Плевать, про какие там он говорил функции, я жива и я свободна! Ну, относительно свободна.
Через несколько минут, мы вдвоем загрузились в экипаж и Сальваторе, стукнув в стенку вознице, вновь уставился на меня. Думает, наверное, опять. Я отвернулась к небольшому окошку и вгляделась в улицу, чтобы не видеть его цепкий взгляд. После продолжительного молчания он высказался:
— Тебе следует принять ванную, от тебя воняет.
Еще бы, посиди-ка три дня в камере. Я наградила его парочкой эпитетов, но вслух лишь пожала плечами, немного скривившись.
— Сколько тебе лет? — спустя еще несколько минут спросил Ноа.
— Девятнадцать.
— Хм… — хмыкнул он и замолчал.
Что означало его 'хм' осталось загадкой, так как весь оставшийся путь мы ехали молча.
А приехали мы в небольшое поместье, которое имело довольно специфичный вид, а именно: унылое здание, окруженное со всех сторон массивной колючей оградой, сквозь которую не было видно ни зги.
Выйдя из экипажа, я уставилась на сие творение архитектурной мысли и подумала, что тут не хватает только рва по периметру, наполненного водой. Однозначно должен быть склеп поблизости.
— Что? — спросил Ноа, а я перепугалась, что сказала последнее вслух.
— Я молчала.
Мы не торопясь поднялись по небольшим ступенькам и Сальваторе, сняв магическую печать, прошел внутрь. Стоило ему переступить порог, как тут же вспыхнул камин и зажглась люстра. Изнутри все было не так мрачно как снаружи, но царил такой же беспорядок, как и у него в кабинете.
Огромный холл — захламлен книгами, бумагами и всякой всячиной. Пыль, видимо была в этом доме желанной гостьей и покрывала буквально все от пола до потолка. Самым удивительным стало для меня то, что от кабинета к лестнице не наблюдалось вытоптанной в пыли дорожки. По закону жанра она просто должна была появиться. Интересно с аллергией у него проблем нет? А приведенья тут водятся?
Вглядываясь в это занимательное окружение, я решила что выходит, будто первый констебль охотников привел меня к себе в дом.
Он в это время, молча, последовал на второй этаж, не дав мне возможности вдоволь насмотреться на богатую, но безобразную от не ухоженности, обстановку. Я потрусила за ним и врезалась в спину, когда мужчина резко остановился.
— Простите… — виновато промямлила я, Сальваторе же скривился и распахнул ближайшую дверь.
— Здесь ты будешь временно жить. У тебя десять минут на ванну, потом я жду тебя в моем кабинете, это направо через холл, — сообщил он и развернулся уходя.
— А…
— Вопросы позже, — не оборачиваясь, проговорил констебль, — не пренебрегай личной гигиеной, у тебя десять минут.
Наверное, из моих ушей повалился пар. Я вошла в комнату и с силой хлопнула дверью.
— Что за сноб! Посидел бы он в вонючей камере! У-у-у, охотничья рожа! — бушевала я, а взгляд цеплялся за обстановку.
Небольшая комнатка с односпальной кроватью, тумбочкой и шкафом, рядом дверь в уборную. Стены окрашены в темно-зеленый цвет и покрыты слоем пыли. Как и все в доме.
— Засранец, — фыркнула я. — Вроде не последний человек в городе, а нанять прислугу для уборки не может.
Прошествовав в уборную, поразилась, что и там все довольно не гигиенично, словно этой комнатой не пользовались лет двести, но проглотив эмоции, я принялась к делу.
